Лето Гелликонии полностью

В разговоре с капитаном и его спутниками Билли старался держать легкий и веселый тон: после стольких лет ученичества роль рассказчика его несколько смущала. Не успел он договорить, как сверкнувшая в небе очередная зарница осветила лица его слушателей, выхватив их на мгновение из сумерек. Абаз, чуть приоткрыв пухлый ротик, рассеянно смотрела туда, куда он недавно показывал. Управляющий со скучающим видом глядел в темноту, его ладонь покоилась на спуске ружья, что, очевидно, придавало ему уверенности. Одутловатое лицо пожилого капитана с упорством вглядывалось в бесконечность космоса, в глазах торговца светилась решимость и симпатия к говорящему.

Все эти люди были частью подлинной реальности - Билли уже начинал свыкаться с этой мыслью; после общения с Мунтрасом и Абаз, яркими представителями подлинной реальности, воспоминания об Аверне и наставнике, загнанных в сети реальности ложной, вызывали у него отвращение. Его нервная система с трудом, но все же начала привыкать к жизни в среде новых ощущений, запахов, звуков и красок. Впервые он жил так, как следовало: полной жизнью. Те, кто следил за ним сверху, считали его канувшим в ад; однако от ощущения полной свободы, звенящей в каждой клеточке тела, ему казалось, что он в раю.

Далекая молния сверкнула и погасла, оставив всех в полной темноте. Медленно вернулся сумрак серой ночи.

«Поверили эти люди в существование Земли и Аверна? - подумал про себя Билли. - Способны ли они на это? Способен ли я убедить их, достаточно ли вески мои слова? Ведь, например, эти глубоко верующие в своих богов люди, как бы они ни старались, ни за что не убедят меня в существовании этих богов. Наши умвелты мыслей различаются коренным образом, они не только не совпадают, но и прямо противоречат друг другу».

Вслед за вопросом пришло гнетущее сомнение. Что если Земля тоже лишь плод воображения авернцев, Бог, которого авернцам так не хватает? Негативные последствия существования Акханабы, вовсю сражающегося с грехом, были видны везде и всюду. Но где увидеть доказательства существования Земли - что-нибудь посущественнее тусклой далекой звездочки под названием Солнце в северо-восточном созвездии могучего Червя?

Решив отложить ответы на тревожные вопросы до будущих времен - времен большей ясности, он поспешил внимательно прислушаться к словам Мунтраса.

– Но если Земля так далеко, Биллиш, как же люди ухитряются видеть нас оттуда?

– Благодаря чудесам науки. Наука позволяет людям общаться на огромных расстояниях.

– Когда мы доберемся до Лордриардри, ты объяснишь мне, как это происходит?

– Так ты хочешь сказать, что где-то там, далеко, есть люди, точь-в-точь как я и все остальные, - торопливо заговорила Абаз, - которые смотрят на нас - смотрят прямо сейчас? Видят нас такими, какие мы есть, а сами вон там, на головке червя?

– Именно так, моя дорогая Абаз, и более того - твое лицо и имя уже может быть известно миллионам обитателей Земли или, лучше сказать, станет известно по прошествии тысячи лет, потому что именно столько времени занимает передача известия от Аверна и Земле.

Цифры не произвели на Абаз особого впечатления; думала она только об одном. Прикрыв рот рукой, она поднялась на цыпочки и прошептала на ухо Билли:

– А то, чем мы занимались в кровати, они тоже смогут увидеть?

Услышав такой вопрос, Паллос рассмеялся и ущипнул Абаз за попку.

– За сеанс со зрителями полагается надбавка, ты к этому клонишь, дорогуша?

– Держите свои грязные шуточки при себе, это не вашего ума дело, - грозно огрызнулся Билли.

Мунтрас надул губы.

– Какая им радость подсматривать за нами, погрязшими в дикарской тупости?

– Гелликония не имеет себе подобных во Вселенной - ведь только здесь землянам удалось найти живых разумных существ, - объяснил Билли, снова возвращаясь к лекторскому тону, на этот раз чуть более сухому.

Все замолчали, обдумывая его слова, и в это самое время из раскинувшихся внизу туманных джунглей донесся резкий звук, возможно, пронзительный крик, далекий, но отчетливый.

– Кто это был, какой-то зверь? - испуганно спросила девушка.

– По-моему, это трубят в рог фагоры, - ответил Мунтрас. - То, что мы сейчас слышали, - сигнал тревоги, близкой опасности. Скажи, Грендо, много здесь бродит свободных фагоров?

– Много ли, мало, не знаю, но сколько-то есть. Освобожденные фагоры перенимают у людей их уклад жизни, устраивают в джунглях поселения и, как я слышал, живут там совсем неплохо, - ответил Паллос. - В торговле они соображают неважно, поэтому за лед с них удается содрать хорошие деньги.

– Так вы продаете лед и фагорам? - поразилась Абаз. - Я думала, что продавать лед разрешено только фагорской гвардии короля ЯндолАнганола.

– Фагоры часто приходят в Осоилима и приносят на продажу свой товар, всякую всячину: ожерелья из косточек гвинг-гвинг, шкуры животных и тому подобное, и лед они берут не за деньги, а в обмен на свое добро. Получив от меня мерку льда, они обычно выходят на улицу и грызут его прямо у дверей дома компании. На это невозможно смотреть, бр-р, мерзость! Как пьяницы, дорвавшиеся до бутылки!