— Этот зверинец… эти клетки смердят… это место мне ненавистно… Этот Рашвен, он писал… да он был ненормальный, подсматривать, это невозможно, грязно… Послушайте, говорят, что когда-то давно, когда о королях еще никто и не слышал, мир представлял собой большой белый шар в черной чаше. На свете жили только великие кзаххны фагоров и дочери людей. Один из двурогих взял самку человека, вошел в нее своим могучим органом, наполнил своим золотистым семенем. Это румбо потрясло мир, пребывавший ранее в объятиях Вечной Зимы, и положило начало смене времен года…
Роба не смог закончить и нервно расхохотался, закинув голову. Старик-сторож смущенно оглянулся на короля.
— Насколько я помню, сударь, бывший советник никогда не предпринимал здесь ничего подобного. Уверяю вас…
Король стоял молча до тех пор, пока смех его сына не умолк.
— Не так мы говорим, не о том; не к чему нам ссориться — особенно сейчас.
Роба вдруг упал на колени и закрыл лицо руками. Из-под его ладоней доносились звуки, но это не были рыдания.
— Может быть, он голоден и в его голове мутится? — предположил сторож.
— Убирайся, старик, иначе не сносить тебе головы.
Старик в страхе отпрянул.
— Ваше величество, я каждый день кормлю животных досыта, как и раньше. Я сам ношу им еду из дворца, хоть это и нелегко в мои-то годы…
Король ЯндолАнганол повернулся к сыну.
— Ты знаешь о том, что твой дед недавно присоединился к духам?
— Он наконец обрел покой. Я видел, как зияла под небом его могила.
— Я стараюсь изо всех сил, господин, но поймите меня правильно — без раба я просто сбиваюсь с ног…
— Он умер во сне — легкая смерть, и это за все его грехи…
— Я же сказал — он обрел покой. А ты сам? В тебе же дедовская закваска. Что еще от тебя ждать?
Сложив на груди руки, король обхватил себя за подмышки.
— Ну зачем ты так? Останься со мной и будь мне утешением. Так поступил бы настоящий сын.
Роба начал медленно подниматься на ноги. Воспользовавшись паузой, сторож поспешно сказал:
— Они больше не желают спариваться, сударь. Они живут только друг с другом, только те, что находятся в одной клетке, просто чтобы убить время, я так это понимаю. От скуки…
— Остаться с тобой, отец? Нет, я не могу…
ЯндолАнганол, не отрывая взгляда, шел на сына. Роба попятился от него.
— Ты даже не понимаешь, какую власть надо мной имел твой дед, да и сейчас имеет. Я мог взойти на престол, только убрав его силой. Прошу тебя еще раз, останься со мной.
— Для чего — чтобы смотреть, как ты сожительствуешь со своей рабыней-мади? А потом, продолжая научные исследования советника, следить за развитием вашего потомства: измерять их рост, регулярно взвешивать, вести книгу учета. Отбирать самых способных и плодовитых, которые все равно никогда не забудут о том, что их собратья где-то бродят на свободе, и вечно будут рваться из твоей проклятой темницы прочь…
Выплевывая слова, молодой принц пятился назад и вдруг стрелой нырнул в кусты.
Король прислонился плечом к дереву и закрыл, глаза.
От тяжких дум его отвлекли бормотания сторожа.
— Простите меня, господин, но хоть маленького раба, мальчика, у меня уже просто не хватает сил…
Устало потирая лоб, ЯндолАнганол почти нежно обратился к сторожу.
— Ответь мне на один вопрос, сланджи: в какой позе самки мади предпочитают спариваться? Откуда они подпускают к себе своих самцов — сзади, как животные, или спереди лицом к лицу, как люди? Рашвен сказал бы мне…
— Эх, сударь, насколько я видел, они делают и так и эдак, поверьте мне, у меня было время понаблюдать за ними. Хотя в основном они занимаются этим, пристраиваясь друг к другу сзади, точно как иные. Кто-то считает, что мади спариваются только для продолжения рода, но я-то знаю, что и они находят в этом удовольствие, хотя, конечно, в клетке жизнь другая, особенная.
— Целуются ли женщины и мужчины мади друг с другом в губы, как это делают люди?
— Никогда этого не видел, сударь. Целуются здесь только люди.
— Тогда скажи, может быть, прежде чем спариться, они лижут друг у друга гениталии?
— Вот этим любят заниматься во всех клетках, сударь. И лижут, и сосут, этого полно, такой срам, смотреть невозможно.
— Спасибо тебе, старик. Теперь можешь выпустить свои экспонаты на волю. Они сослужили свою службу. Отпусти их, пускай бегут куда хотят.
Сказав это, король направился к выходу из зверинца, шагая медленно и задумчиво, держа одну руку на рукоятке меча, другой поглаживая лоб.
Направляясь к дворцу, он ехал через колеблющийся частокол теней, отбрасываемых раджабаралом. Фреир уже клонился к закату. Небеса пожелтели.
Вернувшись во дворец, король ЯндолАнганол обнаружил, что у него гости — это были посланцы Священного Панновала, доставившие ему долгожданную грамоту — разрешение на развод.
Теперь осталось немногое — доставить грамоту королеве королев, провести с ней краткую церемонию, и он — свободен.
