– Вообще-то вначале надо обесцвечиваться, и уж только потом наносить такую краску, – заметила я, ибо если уж краситься, то надо делать это грамотно.
Он зарычал, двинувшись на меня. Я перепугалась его реакции, и до меня наконец начало доходить, почему я здесь!
Кажется, кто-то решил меня по-крупному подставить, ибо в лагере такой эксклюзивный раскрас имела только я. Да и достать такую краску ни у кого не было возможности, зато она имелась у меня до вчерашнего вечера.
– Это не я! – взвизгнула, оббежав капот.
– Да ладно, не ты! – заорал он, пытаясь поймать меня. – Я вас видел вчера, нетрудно догадаться, что у тебя было в руках и что ты так усердно прятала!
– Это правда не я! – взвыла, так как оправдаться, чувствую, не получится. Он рванул, пытаясь догнать, а я запнулась, упав на небольшие камушки и разбив в кровь коленки. На губах вожатого застыла победоносная улыбка, не успела сообразить, что происходит, как в следующее мгновение оказалась прижатой к нему, и его губы накрыли мои. Поцелуй никак нельзя было назвать нежным, скорее, наоборот, он был злой, словно попытка отомстить. Одна рука Дениса оказалась у меня на затылке, не давая возможности отстраниться, а вторая прижимала к телу, лишая возможности сопротивляться.
– Это моральная компенсация! – сказал он, вновь запихивая меня в машину. – Поехали.
Я даже спрашивать не стала, куда мы направляемся, все мои мысли занимал поцелуй. Кажется, мне повезло, и я ещё легко отделалась!
Посмотрела на разбитые грязные колени, до меня наконец начала доходить боль, и я отвернулась к окну, так как скрыть обиду не получалось.
Свист тормозов, и мы снова остановились, съезжая на обочину.
– Чёрт! – выругался Денис, выбравшись из машины.
Я напряглась, что на этот раз не так.
Моя дверка распахнулась, и меня резко развернули за ноги.
Встретились с ним взглядами.
– Почему молчишь, что коленки разбила! – заорал он, заставляя меня поморщиться и ещё больше обидеться.
– А разве это имеет значение? – огрызнулась я.
– Имеет! – рявкнул Денис.
А затем открыл бардачок, достав оттуда влажные салфетки. Вытащил одну из упаковки и аккуратным движением, следя за моей реакцией, провел по царапинкам. Зашипев от пронзившей боли, неожиданно ощутила, как Денис ласково подул на рану. Так и замерла, не в силах отвести от этого действа взгляда.
Он бережно стёр дорожную пыль и запекшуюся кровь, а потом, достав одеколон, как прыснет! Чуть пяткой в глаз не получил, ибо предупреждать надо.
– Извини! – прошептала я.
Он ничего не ответил. Убрал всё, сел за руль, и мы дальше отправились в путь.
Блин, приятно, когда о тебе так заботятся! Вот только что всё это значит? Да и как он умудрился окраситься, я же отдавала флакон Тане. Сомневаюсь, что она могла так меня подставить. Тогда кто это сделал и вообще куда мы едем?
Где-то через полчаса показался город, а ещё минут через десять мы остановились около парикмахерской: чувствую, мне хана. Вот реально, прям в дрожь бросило, вдруг он меня заставит побриться наголо из мести. Денис припарковался, вышел из машины и, дождавшись меня, вошёл внутрь. Первой мыслью было бежать, как говорится, «я не трус, но я боюсь».
Нас встретил приветливый мужчина и тут же спросил, чем может помочь. Денис молча стянул шапку. Я едва сдержала очередную улыбку. Ему указали на кресло и обратили взор на меня. Хм, а что я? Я здесь абсолютно ни при чём!
– Ваших рук творение, милая леди? – приветливо поинтересовался мужчина.
– Нет! Да! – хором ответили мы.
Парикмахер усмехнулся, посоветовав из мести перекрасить меня в однотонный цвет! Вот гад!
Признаюсь, некое чувство вины меня преследовало, поэтому, как только мне указали на соседнее кресло, я безропотной ланью поплелась туда.
– Настя! – позвали ещё одного мастера. – Займись девушкой!
К нам вышла девчонка лет восемнадцати, ещё более креативная, чем я. Денис даже дёрнулся в мою сторону, но тяжёлая рука парикмахера остановила его.
– Не переживайте, ваша девушка в надёжных руках!
Я смутилась, ожидая, что вожатый возразит по поводу девушки, но он промолчал, отчего и я не решилась что-либо сказать.
– Настя, перекрась её в натуральные тона! – приказал мужчина.
– Её бы и постричь не мешало, – заметила девушка. А я, чёрт возьми, напряглась.
– А я так стремительно здесь оказалась, что деньги забыла! – пискнула, молясь, чтобы меня отпустили.
– Ничего, дорогая! Я всё оплачу! – пропел Денис.
Зыркнула на него гневно. Ладно-ладно!
– Колорирование? – предложила мастеру.
– Думаю, да! – уверенно заявила она, надевая фартук и выбирая расчёску.
Дениса намазали краской, и он, с ехидной улыбкой попивая кофе, следил, как меня мучают, разделяя прядки, украшая мою голову фольгой, словно ёлку.
– Пройдёмте, – позвал Дениса мастер, и тот, отставив чашку, направился за ним.
Настя неожиданно положила передо мной фото с очень интересной, но короткой стрижкой.
– Как тебе? – спросила она меня.
– Супер!!! – выдохнула я, ибо давно хотела выбрить себе один висок, но предки не желали даже слышать об этом, а тут такой шанс!
– Только боюсь, твой парень будет в шоке! – заметила девушка. Я оскалилась как акула.
