— Жестокие люди! — сказала я. — Кровопийцы!
— Не волнуйся, — сказала Лена. — Они нас разыгрывают. Никакой ракеты нет!
— Правильно, — поддержал Федя, — никакой ракеты нет. Пленным этого знать не полагается. Понятно?
Зачем же нас ракетой дразните?
Дразнить, Юля, можно, а показывать нельзя. Конструкция секретная.
Я была склонна больше верить Лене, чем мальчишкам, по тут услышала неподалёку незнакомый голос, приглушённый и гнусавый. Ромка задавал вопросы, а гнусавый отвечал.
— Мы следопыты, браконьера ищем, — сказал Ромка — Нас направил в разведку капитан Шубин. Разрешите присутствовать при запуске ракеты?
Гнусавый возразил:
— Не могу, товарищ пионер. Среди вас есть подозрительные элементы с завязанными глазами. Их присутствие нежелательно.
— Тогда, товарищ командующий, позвольте пальнуть из пушки. А? Мы только разок.
— Нет, нет. И не просите. Не могу при посторонних…
— Эх, нанимались эти противные девчонки на пашу голову! Как без них было хорошо!
— Вполне возможно. Сочувствую. Но помочь не могу. Мы сейчас будем наводить ракету. Просим удалиться…
Послышался топот ног, и Ромкин голос затараторил над самым моим ухом:
— Слышала, о чём я беседовал с командующим?.. То-то! Из-за вас, девчонок, нас к ракете не подпустили, будь вы неладны! — Ромка дёрнул меня за руку и потащил за собой.
Под ногами зачавкала, заскользила земля.
— Перед нами водный рубеж, — сказал Федя. — Канаву обходить не будем. Понятно? Преодолеем преграду прыжком. Кто первый?
— У-ух! Глубоко. Мне не перепрыгнуть. Пусть Андрейка первый. У него собака и длинные ноги, — это говорил Слава Кубышкин.
Андрейкин голос отвечал ему:
— Я сухой, а ты штанину уже замочил. Тебе всё равно.
— Ах так! — Шумно всплеснулась вода. — Ну вот теперь и ты, Андрейка, мокрый. Лезь первым!
— Ты что — брызгаться? Да я тебе… С макушкой уйдёшь под воду!
— Нос не дорос, чтобы с макушкой.
— У самого не дорос, толстый слабак.
— Сам слабак — съел собак.
— Пикни ещё разок — получишь щелчок.
— А ты словишь сразу два — вспухнет голова!
Спорщиков остановил Ромкин голос:
— Оставайтесь оба на берегу. Я прыгаю… Раз, два, три, Го-оп-ля!.. Есть! Кто следующий?!
Следом за Ромкой прыгал ещё кто-то.
— И вы прыгайте! — донёсся издали Федин голос.
— С закрытыми глазами? — спросила я. — Мы же у тонем…
— Ну ладно… Развязывайте. Разрешаю.
Мы сбросили повязки и чуть не ослепли от солнца. Глазам, отвыкшим от света, оно показалось необыкновенно ярким.
Слава Кубышкин был недоволен:
— Зря пленным глаза развязали. Они же нашего пароля „Стрекоза“ не знают…
Все набросились на Кубышкина.
— Зачем назвал „Стрекозу“? Наш пароль выдаёшь? Кто тебя за язык тянул раньше времени? — негодовал Ромка.
— Болтун опаснее врага, — Федя Малявка строго взглянул на рядового Кубышкина. — Где твоя военная бдительность?!
Федя сказал, что раз мы узнали пароль, то можем считать себя полноправными разведчиками.
Нас тут же зачислили на полное походное довольствие звена».
Приближалось обеденное время, и Федя Малявка отдал команду:
— Начхоз Кубышкин, доставай продовольствие!
— Что ты говоришь?
— Вот глухой! Бери, говорю, продукты и садись с нами обедать.
— Обедать? Так бы сразу и сказал… Я мигом!
Слава долго возился с продуктовой сумкой. То связывал её, то снова развязывал. Голодные мальчишки торопили Славу. И он наконец выложил на траву консервные банки, кулёк с печеньем, огурцы, яйца, полкруга колбасы…
— Почему половинка? — спросил Андрейка. — Я же покупал полную колбасу!
— А хлеб где? — спросил Федя. — Там же целая буханка…
— И моего сыра нет, — сказал Ромка.
Слава Кубышкин был невозмутим:
— Что ж вы думали — я всю дорогу должен тащить такую тяжесть?
— Неужели выбросил? — поразился Андрейка.
— Вот ещё, нашли дурачка!..
И тут все поняли, куда делось остальное продовольствие.
— То-то он всё время в кусты прятался! Мою колбасу ел, — сказал Андрейка.
— И мой голландский сыр, — сказал Ромка.
— И наш общий хлеб, — сказал Федя. — Вот тебе и начхоз! Пустили козла в огород… Предлагаю отстранить Кубышкина от продуктового хозяйства и не давать ему обеда. Кто «за»?
Следопыты дружно проголосовали «за».
Слава встал, пнул свою пустую сумку ботинком и похлопал себя по отдутому карману:
— Нашли дурачка! У меня своя провизия имеется. Колбаса! Ну что — проглотили? — И юркнул в кусты.
Пообедав, звено разбрелось по лесу. И тут послышался громкий голос Андрейки:
— Ромка! Зачем бросил вещественную улику?
Ромка выскочил из кустов, спросил недоуменно:
— Какую такую улику? Не выдумывай! Все вещи у меня вот где хранятся, — и он похлопал по рюкзаку. — Надёжнее, чем наши табели в учительской! Будь спокоен.
— А это что? — Андрейка показал какой-то предмет, зажатый в ладони. — Твой поплавок! В траве нашёл…
— Не может быть! — Встревоженный Ромка полез в рюкзак и вынул поплавок — точно такой, как у Андрейки. — Это мой. А это чей? Подозрительно. От одной сети. Яснее ясного — поплавок браконьерский! Значит, он где-то тут проходил… Заставляй Носика землю нюхать. Немедленно!
Андрейка сунул под нос собаке найденный поплавок и приказал:
— Ищи!
