В душе у нее сейчас царит такой беспорядок, что кругом голова. Но одно Карина знает точно: ей хочется попробовать построить с Павлом настоящие отношения. Не мимолетную связь. Не секс по дружбе. Не курортный роман. А действительно серьезные отношения. Хочется, чтобы он впустил ее в свое сердце, позволил узнать его настоящего. И чтобы он не разочаровывал ее никогда, чтобы не причинял намеренно боль…
Краем глаза она видела, как Ярослав махнул ей рукой на прощание, нехотя ответила ему тем же жестом. А потом, когда Павел сел на водительское место, стала с интересом рассматривать его татуировки, благо сегодня он снова засучив рукава рубашки.
Павел негромко включил радио, так что всю дорогу они промолчали. И молчание это было уютным. Только на подъезде к городу, он уточнил, точно ли ее в кафе отвезти. Карина подтвердила.
Он галантно открыл ей дверцу, провел к входу в кафе, но внутрь заходить не стал. Попрощался, пообещав решить дела как можно скорее. Карина смотрела ему вслед с грустью. Но после все же вошла в свое заведение. Вика, завидев ее, расцвела лучевой улыбкой. Подошла и обняла, как родную сестру, с которой не виделась лет десять, не меньше.
— Шеф, ты навсегда к нам вернулась? — задорно поинтересовалась она.
— Не дождешься! Я планирую до конца догулять свой отпуск, — весело отозвалась Карина, оглядываясь по сторонам.
Посетителей было предостаточно. У стойки стояло еще пару человек, которые ждали кофе на вынос. Официантки одаривали всех профессиональной улыбкой. Бариста тоже улыбался, хотя и сосредоточенно, правда, не забывая вести беседу с клиентами.
Боже, оказывается, она успела соскучиться по своему детищу!
— Возьми нам кофе и приходи в кабинет, поговорим, — сказала она Вике, любуясь интерьером в кафе.
Вика кивнула и сразу же направилась к стойке, а Карина уже хотела идти в сторону своего маленького кабинета, но взгляд ее зацепился за знакомое лицо. Улыбка слетела с ее рта. Она, личность эта, сидела в дальнем углу и пристально смотрела на нее, Карину. Н-да, как тесен мир. Вернее, какого черта он сюда приперся? Сомнительно, что просто пришел кофе попить и десерт съесть.
Вздохнув, Карина поменяла направление и уже через минуту стояла у нужного столика. Смотрела на личность высокомерно и заносчиво. Холодно. Другого отношения он не заслужил.
— Прекрасно выглядишь, Карина, — сказал он, оценивающим взглядом скользя по ее фигуре.
— Спасибо, — глухо отозвалась она. Комплимент не снискал своего эффекта — она осталась такой же отчужденной. Наверное, у Сверчкова научилась. Или иммунитет, наконец, выработался не поддаваться на лесть. — Решил кофе попить?
— Да. Он у вас хороший. И десерты самые вкусные в городе. Составь мне компанию, пожалуйста, — улыбнувшись своей очаровательной улыбкой, попросил он.
Карина выгнула вопросительно бровь.
— Зачем? И где твоя зазноба? — Тон ее не потеплел, и выражение глаз тоже.
— По старой дружбе, — проигнорировав второй вопрос, сказал он.
— Между нами не было дружбы, Виталь. Мне казалось, что между нами была любовь. Но только казалось.
— Жестокая, — укоризненно покачав головой, протянул он. Но Карине показалось, что в его взгляде мелькнуло восхищение. — Наши чувства были настоящими. И они всегда нас будут объединять.
— Как скажешь. Спорить не буду. Приятного аппетита, — улыбнувшись, промолвила Карина, собираясь уйти.
Он поймал ее за руку. Крепко. Больно. Настойчиво потянув на себя.
— Пусти, — прошипела она, желая испепелить его взглядом.
— Просто посиди со мной. Неужели это так трудно? — примирительно сказал Виталий.
— Да.
— Ты до сих пор меня любишь, — победно улыбнувшись, нахально заявил он.
Карина звонко и издевательски рассмеялась.
— Не льсти себе.
— Мне кажется, ты стала еще красивее после нашего расставания. Будто расцвела. Даже обидно как-то, ведь со мной ты так не сияла, — заметил он уже без тени улыбки.
И он смотрел на нее таким взглядом, как в самом начале их знакомства. Тогда она с удовольствием купалась в тепле его глаз, наслаждалась его вниманием, нежностью. Сейчас же ее передернуло от чувства неприязни. А сердце кольнула утихшая уже грусть. Но жалеть о прошлом ей больше не хотелось. Нет, он сам отказался от нее. Вот пусть он и жалеет, если вдруг понял, что совершил ошибку. А она будет наслаждаться настоящим, и мечтать о будущем, но уже не с ним.
— А может ты просто не замечал, какая я красивая и как сияю для тебя? — с иронией спросила она. — Я же для тебя стала бесперспективной обыденностью, да?
Виталий опустил глаза вниз. Наверное, неприятно осознавать ее правоту. Но она-то помнила каждое слово, брошенное им в ее адрес в день их расставания. Он не скупился на нелицеприятные высказывания, совсем не беспокоился о его чувствах. А потом еще посмел явиться на день рождения ее матери. Каждым своим поступком он втаптывал ее в грязь. А теперь зачем-то желает с ней поговорить. О чем им говорить, если пропасть между ними слишком большая?
— Жаль, что ты не хочешь остаться друзьями, — со вздохом сказал он.
