– Ты чего завелся, Стюарт? Я просто подумал, что тебе будет интересно знать…
– Признайся, что ты врешь… – прошептал Дейл, но не стал ждать ответа.
Нагнув голову, он кинулся на Чака Сперлинга. Тот выбросил руки вверх, и ребром ладони стукнул Дейла по голове, когда тот очутился рядом, и замолотил руками по воздуху. Но Дейл сильно ударил Чака в живот, так что тот даже охнул, и затем нанес три или четыре удара по ребрам, один из которых пришелся прямо над сердцем.
Сперлинг зашатался и, сделав шаг назад, повис на заборе. Пригнувшись, Дейл принялся бить его по лицу. После второго удара у того пошла из носа кровь, третий пришелся по зубам, но Дейл даже не почувствовал боли в костяшках пальцев, хотя они оказались разбитыми. Сперлинг рухнул на землю, взвыл и закрыл лицо ладонями, одновременно защищая локтями затылок.
Дейл дважды изо всех сил ударил его в бок. Когда руки Сперлинга бессильно повисли, Дейл схватил его за горло и, приподняв, швырнул на проволочное ограждение. Левой рукой он стал душить уже теряющего сознание парня, а правой, свободной, продолжал наносить удары в ухо, в лоб, по губам…
Раздались крики. Чьи-то руки тянули Дейла в сторону и рвали на нем футболку. Но он не обращал на это никакого внимания. Сперлинг, бешено извиваясь, вывернулся и ухитрился хлопнуть ладонью Дейла по щеке. И тут же получил в ответ сильнейший удар в глаз.
Вдруг Дейл ощутил ужасную боль в почках, чья-то рука схватила его за подбородок и потащила назад. Он выпустил Сперлинга.
Между ним и Чаком стоял Диггер Тейлор. Дейл что-то выкрикнул и бросился на него. Диггер выпустил его плечо и очень сильно ударил прямо в солнечное сплетение.
Дейл как подкошенный рухнул на землю, в пыль, кашляя и ловя ртом воздух. Он перекатился к ограждению и попытался приподняться. В легких не было ни капли кислорода, и сердце, казалось, остановилось.
Лоренс, окаменевший в первый момент от неожиданности, наконец пришел в себя, с криком сорвался с длинной скамьи запасных, стоявшей вдоль ограждения, подпрыгнул в воздух и упал Диггеру на спину. Тот резким движением отбросил восьмилетнего мальчишку на проволоку забора.
Лоренс спружинил, приземлился на ноги, будто забор был не забором, а вертикальным батутом, и, опустив голову, молотя кулаками в воздухе, двинулся на Тейлора. Диггер присел и попытался, сделав захват, зажать ему голову. Соперники споткнулись о хнычущего Сперлинга и рухнули прямо на него. Даже поверженный наземь, Лоренс продолжал сражаться. Теперь в ход пошли комья земли.
Один из братьев Фусснеров, стараясь держаться подальше от эпицентра рукопашной схватки, попытался стукнуть Лоренса по голове.
– Эй!
Кевин, до сих пор державшийся в стороне, стал боком приближаться к месту побоища. Барри попытался пнуть и его, но Кевин молниеносным движением ухватил его за тяжелый ботинок и резко дернул на себя. Тот шлепнулся прямо в пыль рядом с бейсбольным холмиком. Боб Маккоун и Джерри Дейзингер подбадривали всех участников великой битвы воинственными криками. Том Кастанатти не тронулся с места.
Диггер схватил Лоренса за футболку и, подняв его в воздух, перебросил через длинную скамью. Потом подхватил Сперлинга под мышки и начал отступать туда, где стояли их велосипеды. Лоренс вскочил на ноги, готовый к продолжению драки.
Так и не сумев отдышаться, но не обращая на это внимания, Дейл, шатаясь, оторвался от проволочной ограды и сжал кулаки. Он сделал три шага в сторону Тейлора и Сперлинга, зная, что в этот раз он не уступит, пока эти двое его не убьют или Сперлинг не возьмет свои слова обратно.
Тяжелые ладони, протянувшиеся откуда-то сзади, опустились ему на плечи. Он попытался стряхнуть их, выругался и не глядя двинул в ту сторону локтем, пытаясь отделаться от неожиданной помехи и окончательно разобраться с Чаком.
– Дейл! Остановись! Дейл!
Оглянувшись, он увидел отца, который теперь держал его, обхватив за пояс.
Дейл на секунду зажмурился, потом поднял голову, заглянул отцу в глаза и все понял. Он стал медленно оседать на землю, и только отцовская рука не дала ему упасть.
Диггер Тейлор и Чак Сперлинг уехали. Велосипед Чака вилял из стороны в сторону, парень не мог разогнуться и, похоже, все еще плакал. Фусснеры вприпрыжку бежали за ними.
Развоевавшийся Лоренс стоял на кромке бейсбольного поля и швырял камни вслед недавним противникам, пока отец не велел ему прекратить это безобразие.
Дейл так никогда и не вспомнил, как в тот день добрался до дому. Возможно, его тащил на себе отец. А может быть, он шел сам. Но одно он помнил твердо: слез не было. Тогда он не плакал. Пока еще не плакал.
Майк как раз готовился принять участие в траурной мессе по случаю похорон какой-то старушки, когда услышал о смерти Дуэйна. Он как раз надевал саккос поверх сутаны, когда Расти Рамирес, другой алтарный служка, помогавший ему в этот день, сказал:
– Господи Исусе, да ты что, разве не слышал о мальчике, который умер на ферме сегодня утром?
Майк застыл на месте, отчего-то сразу догадавшись, о какой ферме и о каком мальчике идет речь. Но все-таки уточнил:
– Ты говоришь о Дуэйне Макбрайде?
