Дьюан мог бы дождаться, пока его отвезет Старик — он до сих пор не любил идти пешком последние полторы мили Джубили Колледж Роуд — но он знал, что тот и так уже целую неделю удерживается от запоя и в пятницу точно окажется у Карла или в забегаловке «Под Черным Деревом». Дьюан не хотел быть с ним в это время.
Поэтому он пошел пешком. День был ясным, солнечным и удушливо жарким. Дьюан расстегнул три верхние пуговички на сорочке, обнажив небольшой треугольник загорелой кожи на белой груди.
На окраине города, у дома О'Рурка он немного передохнул. Майка не было дома, но одна из его сестер разрешила Дьюану напиться воды из насоса на заднем дворе. Дьюан так и сделал, с удовольствием замечая в воде привкус железа и других элементов, потом побрызгал ею на голову и руки.
Когда он постучал в дверь дома миссис Мун, старая леди возникла на пороге, опираясь одновременно на две трости, и в сопровождении целого выводка кошек.
— Мы с вами знакомы, молодой человек? — спросила она. Дьюан подумал, что голос миссис Мун звучит как пародия на голос дам прошлого века: такой же высокий, дребезжащий и богатый модуляциями.
— Да, мэм. Меня зовут Дьюан Макбрайд. Мы вместе с Дейлом Стюартом и Майком О'Рурком несколько раз водили вас на прогулку.
— Кто, вы сказали?
Дьюан вздохнул и повторил все сначала погромче.
— Но я пока не готова идти на прогулку. Я еще не поужинала.
Миссис Мун говорила ворчливо и с некоторой долей сомнения. Кошки, выгибаясь, терлись о ее трости и прижимались к распухшим ногам, обмотанным телесного цвета бинтами. Дьюан вспомнил о солдате с его обмотками.
— Нет, мэм, — сказал он. — Я только хотел задать вам несколько вопросов кое о чем.
— Вопросов? — она отступила назад в сумрак гостиной. Старый дом, в котором они с дочерью жили, был совсем небольшим и имел такой запах, будто несчитанные поколения кошек никогда из него не выходили.
— Да, мэм. Не больше двух.
— О чем? — Она близоруко на него уставилась и Дьюан понял, что он для нее не больше, чем тень в дверном проеме. Он сделал шаг назад… Предусмотрительный шаг умного коммивояжера, демонстрирующий мирные намерения и доверие.
— Да всего только… О старых днях, — ответил он. — Я пишу школьный доклад о жизни в Элм Хэвене на повороте столетия. И я подумал, не будете ли вы так добры… Дать мне некоторую… Ну как бы атмосферу.
— Некоторое что?
— Некоторые детали, — сказал Дьюан. — Пожалуйста.
Пожилая дама заколебалась, с помощью обеих палочек сделала поворот и ушла, сопровождаемая кошками, ушла обратно, оставив его в одиночестве перед дверью. Дьюан заколебался, не зная, что предпринять.
— Что же вы, — послышался из сумрака дома ее голос, — не стойте там. Заходите. Я готовлю для нас с вами чай.
Дьюан сидел, пил чай, жевал печенье и задавал вопросы, выслушивая рассказы миссис Мун о ее детстве, ее отце и об Элм Хэвене в старые добрые дни. Миссис Мун во время рассказа крошила пальцами печенье и медленно, но верно на ее коленях вырастала горка крошек. Коты поочередно запрыгивали на кушетку и аккуратно подбирали крошки, пока миссис Мун рассеянно гладила их спины.
— А как насчет колокола? — спросил наконец Дьюан, убедившись в надежности памяти пожилой леди.
— Колокол? — миссис Мун помедлила. Кошка вытянулась вверх, как будто намереваясь похитить что-то вкусненькое прямо из пальцев.
— Вы упомянули о некоторых своеобразных вещах, имевшихся в нашем городе, — быстро продолжал Дьюан. — А тот большой колокол из школьной башни? Вы понимаете о чем я говорю?
Миссис Мун на мгновение растерялась.
— Колокол? Когда был этот колокол?
Дьюан вздохнул. Сейчас вся эта тайна казалась ему чепухой.
— В 1876 году, — тихо произнес он. — Когда мистер Эшли привез его из Европы… Миссис Мун неожиданно хихикнула. Его зубные протезы были чуть свободноваты и она все время поправляла их языком.
— Глупый мальчик. В 1876 году я только родилась. Как я могу что-нибудь помнить о событиях того года?
Дьюан моргнул. Его воображение тут же нарисовало эту морщинистую и дряхлую старушку в виде тоже морщинистого, но розового и свежего ребеночка, приветствовавшего мир в том самом году, когда армия Кастера была наголову разбита. Он подумал о тех переменах в мире, которые произошли при ее жизни — появились самодвижущиеся повозки, телефон, разразилась Первая Мировая Война, Америка стала мощной державой, люди запустили спутник, и за всем этим она наблюдала из-под вязов на Депо Стрит.
— Значит про колокол вы ничего не помните? — уточнил Дьюан и стал убирать карандаш и блокнот.
— Почему же, конечно, я помню колокол, — прозвучал ответ и миссис Мун потянулась за новой порцией лакомства для кошек. — Это был прекрасный колокол. Отец мистера Эшли привез его из Европы во время одного из своих путешествий. Когда я училась в Старом Централе, он каждый день звонил, сначала в восемь пятнадцать, а потом в три часа.
Дьюан уставился на нее во все глаза. Он заметил, что руки его дрожали, когда он потянулся за блокнотом и начал записывать. Это было первое подтверждение того, что колокол Борджиа действительно существовал.
