— Как я уже сказал, мы были заняты, — снова послышался голос мирового судьи. — Кроме того, сдается мне, что все это дело рук вот этих маленьких говнюков. Откуда мы знаем, что это не их собственные проказы? — И он махнул рукой в сторону мальчишек, все еще сидевших на велосипедах.
Барни невозмутимо посмотрел в их сторону.
Конгден повысил голос и большим пальцем теперь указал на Дьюана.
— И кто сказал, что этот засранец не подстроил все это сам? Орудовали здесь все вместе, а теперь отнимают наше время, чтобы мы не подумали на них? Сами и сломали забор Саммерсона, и все… Отец Дьюана шагнул вперед, не обращая внимания на кольца проволочной сетки, цеплявшейся за его ноги. Его лицо пошло от гнева пятнами и теперь было скорее малиновым, чем просто красным.
— Черт вас побери, Конгден, вы лживый кусок капиталистического дерьма. Вам прекрасно известно, что ни мой парень… Ни эти ребята этого не делали. Кто-то пытался убить Дьюана, пытался задавить его прямо здесь, и насколько мне известно, вы покрываете этого никчемного австралопитека по имени Ван Сайк только потому что вы с ним на пару украли машину. Но это поступок ничуть не хуже того, что вы вытворяете с так называемыми «нарушителями», которых тащите в суд, чтобы заработать себе на пиво, вы безмозглый… Барни быстро шагнул между двумя мужчинами и положил ладонь на плечо Мак Брайда. Хватка видимо была более, чем крепкой, потому что Мак Брайд побледнел, сразу замолчал и отвернулся.
— А, хрен с ним, — бросил мировой судья и зашагал к своей машине.
— Передайте Карлу, пусть зайдет ко мне, — сказал ему вслед Барни.
Конгден даже не соизволил кивнуть, когда захлопнул за собой дверцу машины и повернул ключ зажигания. Особый мотор с усиленной мощностью взревел и машина резко рванула с места, мгновенно оставив между собой и группой стоявших двадцать футов дорожного полотна. Мальчикам пришлось спешно съехать прямо в канаву, когда разгневанный мировой судья промчался мимо них.
Мистер Мак Брайд еще что-то говорил, жестами указывая на поле, временами повышая голос, затем замолчал, пока Барни продолжал что-то записывать. Все это время Дьюан молча стоял в нескольких футах от них, сложив на груди руки, за толстыми линзами очков его глаза смотрели безучастно. Когда его отец и шериф, продолжая разговаривать, направились обратно к дороге, мальчики побросали велосипеды на грязную траву и поспешили к товарищу.
— Как ты, нормально? — спросил Дейл. Ему хотелось потрепать Дьюана по плечу, тепло прикоснуться его, но принятые между ними нормы поведения не позволяли этого.
Дьюан кивнул.
— Он и вправду убил Уитта? — спросил Лоуренс в свой черед. Голос мальчишки дрожал.
Дьюан снова кивнул.
— У Уитта сердце не выдержало, — уточнил он. — Он же был уже старый.
— Но кто-то правда хотел переехать тебя?
Дьюан опять утвердительно кивнул головой.
В эту минуту отец позвал его. Дьюан опустил руки и тихо обратился к товарищам:
— Происходит что-то странное. Я кое-что расскажу вам сегодня вечером, если сумею выбраться. — Он пролез через дыру в заборе и присоединился к отцу. Барни обратился к нему с какими-то словами, затем ребята услышали, как он произнес:
— Сочувствую тебе, парень, по поводу твоей собаки.
Затем он снова заговорил с отцом Дьюана, казалось, предупреждая того о чем — то. Наконец, шериф уселся в свой понтиак и отбыл, медленно и осторожно проехав по гравийному полотну, чтобы не обдать пылью оставшихся.
Дьюан с отцом постояли минуту, глядя в пространство, затем сели в пикап, развернулись и направились по Джубили Колледж роуд по направлению к шестой Окружной дороге. Дьюан даже не помахал ребятам на прощание.
Четверо мальчишек постояли некоторое время, поддавая ногами сухие комья земли и перебрасываясь вырванными и успевшими уже завязть колосьями. Они все время оглядывались по сторонам, будто вот-вот мог выбежать из высокой по пояс кукурузы призрак Уитта.
— Эй, — бросил наконец Кевин, еще раз оглянувшись. Вокруг никого не было. Небо снова заволокло тучами. Все замерло и воцарилась тишина. — Что если сейчас вернется Арендованный Грузовик?
Уже через секунду все сидели на велосипедах и, низко пригнувшись, мчались по направлению к городу. Дейл притормозил было, чтобы не отрываться от Лоуренса, но семнадцатидюймовая машина его младшего брата, превратившись в туманное пятно, обошла и велосипед Дейла, и затем Кевина, и наконец красный драндулет Майка.
Они благополучно прибыли под сень вязов и дубов Элм Хэвена, и каждый из них чуть замедлил ход, расправил плечи и отпустил зажатый мертвой хваткой руль велосипеда. В это время они уже были на Депо стрит и ехали мимо дома Дейла и Старого Централа. Мальчики направились вверх по дороге к дому Кевина, затем свернули и попадали в траву. Короткие волосы были влажными и растрепанными, а дыхание еще не пришло в норму.
— Эй, — выдохнул Лоуренс, как только смог снова говорить. — А что такое капиталист?
