В следующее мгновение она вышла, шурша юбками, сопровождаемая аурой возбуждения, которая казалась почти осязаемой. Возможно, она вспомнила единственный сезон, которым наслаждалась, прежде чем выйти замуж за их отца и переехать в Брайтон, или грезила о более счастливых днях до того, как умер отец, оставив их в благородной бедности. А может, она надеялась, что наконец нашелся волшебный ключик к будущему ее дочерей.
Что бы это ни было, у Кэролайн не хватило духа сказать матери, что это всего лишь фарс.
Пенелопа взяла свою чашку, одарив сестру извиняющейся улыбкой.
– Мне оч-ч-чень жаль, правда, но я никогда не была на званом обеде.
Кэролайн коротко кивнула в ответ. Она не винила сестру. Как и мать. Она даже не винила мисс Бакстер.
Она винила мистера Дермота. Неплохо сыграно. Этот хитрый тип словно видел, что творится у нее в голове, и умело пользовался ее уязвимостью.
Что ж, раз ситуация вырвалась из-под ее контроля, она пойдет на эту вечеринку. Причешет спутанные волосы и нацепит фальшивую улыбку. Вытерпит шепот за спиной и постарается защитить сестру от завуалированных уколов и скрытых оскорблений, к которым она уже начала привыкать за последние две недели.
Но вряд ли Кэролайн получит удовольствие от всего остального.
К тому времени, когда Дэвид проделал обратный путь по скалистому берегу и добрался до домов и отелей, тянувшихся вдоль набережной, он не желал ничего более возбуждающего, чем тихий вечер и обильный обед. Однако не успел и перешагнуть порог их роскошного номера в отеле «Бедфорд», как на него набросилась мать:
– Где ты был? – Она отставила поднос с нетронутой едой и кивком отослала горничную. – Ты весь вывозился, – заметила она, обеспокоенно глядя на него из-под ореола седеющих волос. – И опоздал.
Она подставила щеку, и Дэвид почтительно коснулся ее губами, ощутив сухость кожи. Ему нечего было возразить на характеристику, которую она дала его внешнему виду. Воротник его рубашки пропитался влагой и потом, а ветер, непрерывно утюживший пляж, обрамленный белыми меловыми скалами, припорошил лицо и одежду песком и пылью.
Но с «опоздал» он мог бы поспорить. Было шесть часов, и солнце высоко стояло в небе.
Дэвид уселся в кресло рядом с ее кроватью, устало положив ногу на ногу.
– Гулял. По твоему желанию, насколько я помню.
Мать откинулась на гору вышитых подушек, которые, подобно тем, что высились на его собственной постели в смежном номере, казалось, каждый час меняли цвет и форму. «Бедфорд» славился своим обслуживанием и роскошной обстановкой. На взгляд Дэвида, это выражалось главным образом в постоянной смене постельного белья. В любом случае это был не тот отель, который выбрал бы он.
Собственно, это вообще был не тот отель, который он мог себе позволить, но поскольку все устроил и оплатил его отец, Дэвид не собирался упрекать мать в излишней роскоши, если ей так удобно.
– Брайтон едва ли производит впечатление города, который может занять мужчину на шесть часов, не предлагая ничего более возбуждающего, чем прогулка, – заметила она. – Ты, случайно, не встретил кого-нибудь достойного внимания?
Дэвид подавил раздражение. Да, встретил, но посвящать в это мать не собирался. Она тут же начнет выпытывать всю подноготную несчастных Толбертсонов, включая происхождение, величину приданого девушки и, возможно, размер обуви – по всей вероятности, огромный, учитывая рост Кэролайн.
– Я предавался размышлениям, – сказал он, не желая отдавать Кэролайн на растерзание матери с ее матримониальными планами.
– Надеюсь, ты хотя бы задумался о том, чтобы встретить подходящую молодую леди. – Она сделала вид, что хмурится, но не смогла скрыть обнадеженную улыбку.
Дэвид поморщился от столь откровенного намека на желание матери увидеть его женатым. В попытке сменить тему разговора он бросил взгляд на нетронутую отбивную и увядшую горку салата на подносе, стоявшем рядом с кроватью. Доктор прописал ей усиленную диету, но как заставить мать есть?
– Ты заказала еду наверх? Я думал, мы пообедаем сегодня вместе.
– Ты забыл, что приглашен на обед, который устраивает дочь виконта Эйвери? – встревожилась баронесса. – У тебя осталось меньше часа, чтобы привести себя в порядок, переодеться и добраться до места.
Дэвид напрягся. Настойчивость матери начала действовать ему на нервы.
– Я не хочу оставлять тебя одну, пока ты не поправилась, – возразил он. – У тебя снова пропал аппетит?
– Если меня что и огорчает, так это то, что я покину этот мир, так и не дождавшись внуков.
Дэвид подался вперед, сложив пальцы домиком, и сухо возразил:
– У тебя есть внуки. В прошлый раз я насчитал троих. – Слава богу, его старший брат не стал уклоняться от своего долга по обеспечению продолжения рода.
– Я имела в виду твое потомство, – произнесла она жалобным тоном. – Ты пошел в меня внешностью и характером. Я хочу иметь хорошенькую белокурую внучку, прежде чем умру, но поскольку твой брат, похоже, способен производить на свет только мальчиков, мне приходится прибегать ко всем доступным способам.
Дэвид вздохнул.
