Эт-то что еще за е-мое?
Отдай мне то, что дома не знаешь!?
Ребенка моего захотел!? Да я тебе…
Выглядела девушка так решительно, что Грозовик покачал головой.
- Не в жертву. Но так же, как вы, ваши дочери и другие дети будете посвящены Хелле, ваши первые сыновья будут посвящены мне.
- Третьи, - надавила голосом Хелла. – И трон они наследовать не должны.
Грозовик качнул головой.
- Я не собирался забирать у тебя Русину. Это уже невозможно.
- А нам сколько рожать-то придется? – возмутилась Яна. – Шестерых?
- Есть возражения? – сдвинул брови Грозовик.
Анна подергала Яну за рукав.
- Яна, двоих-троих, это же немного…
- Немного?
Яна возмутилась абсолютно искренне.
Двоих-троих – это НЕМНОГО!? Да она пока одного родила, озверела! Это ж сначала ты ребенка делаешь, стараешься, потом вынашиваешь, потом рожаешь, потом хотя бы год выкармливаешь, потом еще в себя приходишь… сколько получается?
Три года из жизни в лес!
Минимум! Так-то может, и больше. Это мы считаем, когда роды прошли легко, когда ребенок нормальный и здоровый, когда… да нет числа тем допущениям.
А если, к примеру, муж-козел? Который то на работе, то с друзьями, то у него внезапно важные дела образовались? И ты одна с ребенком мучаешься? Тут для психической (да, психологи тут отдыхают, тут уже психиатр нужен) реабилитации и десять лет мало!
Тигр?
Эээээ… а чем в данном вопросе тигры от козлов отличаются? Полосками?
- Можешь остаться здесь, - «щедро» предложила Хелла. - Рожать не придется. Гарантирую.
Яна вздохнула. Потом еще раз.
- Ладно… простите, пожалуйста. Если вы боги, то должны понимать. Я когда боюсь, всегда кусаюсь. Как надо посвящать ребенка?
- Никак. Хелле в ее святилище. А мне… когда ребенку будете нарекать имя, назовите Глебом. Я пойму и приду.
Девушки переглянулись.
- Я согласна, - тихо сказала Анна. – Спасибо…
- Вы понимаете, что сейчас вы могли бы попасть в мои чертоги? А если проживете свою жизнь, умрете в своей постели, то пойдете к Хелле?
- Понимаем, - серьезно кивнула Яна. – Но мы не крысы.
Хелла протянула вперед руку.
- Девушки, отныне вы никого не сможете убить одним словом.
Себя Яна не видела. А от Ани словно облачко морозное отделилось. Влетело в ладонь богини, впиталось, как и не было.
- Подручными средствами обойдусь, - буркнула она.
Хелла внезапно улыбнулась.
- Души можете отправлять ко мне. Я не возражаю.
Яна кивнула.
Было у нее подозрение, если ее вернут в Русину, там разгребать не перегрести. И чистку рядов проводить, и остатки мародеров достреливать – довешивать, и…
Лучше сейчас даже не думать об этом. А она так радовалась, что избавится от всей этой работы… хоть что-то хорошее было в этой смерти!
Судя по взглядам, боги все поняли. Грозовик вдохновенным жестом размял пальцы, словно пианист-виртуоз.
- Ну, лишь бы не перепутать кого куда… готовы, девушки?
Последнее, что подумала о нем Яна: «ах ты мстительная зараза!».
Жом Тигр даже не почувствовал, как его пытались тряхнуть за плечо.
- Тигр! Да твою ж… Серега!!!
Бесполезно…
Среагировал он, только когда тело Яны потянули из его рук.
- Не тронь!
- Она… ее надо хоть уложить поудобнее.
В этом резон был.
Тигр попробовал перехватить тело поудобнее… тело?! Невозможно даже думать об этом…
И вот уж чего никто не ожидал…
- Ай! Тьфу, жеванные мухоморы!!! Отрежу эти лохмы на фиг, больно же!
Трупу-то все равно. А вот если у живого человека волосы в пуговицах мундира запутаются, да потом еще за них потянуть со всей дури…
Яна и высказалась. И только потом открыла глаза.
Увидела Урагана, который медленно оседал в обморок (исторический момент), шарахающихся по всем углам освобожденцев, ошалевшего Тигра, который так и держал ее на руках, и не удержалась.
- БУ!!!
Полюбовалась еще на два обморока и вполне себе семейным жестом потрепала Тигра за нос (когда еще удастся)?
- Ты меня поставить или отцепить не хочешь? Ээээээ…
А больше она ничего и сказать не успела.
Даже взвизгнуть. Потому что очнувшийся Тигр перехватил ее почти в воздухе (судя по ощущениям – минус половина косы) и прижал к себе так крепко, что девушка даже завизжать не смогла. Воздух из груди вырвался со странным звуком.
- ЖИВАЯ!!!
Боря внимательно смотрел туда, где медики разорвали на Анне платье и приложили какие-то штуки к ее груди.
- Разряд! Давай еще один! НУ!!!
Тело женщины выгнулось – и опало бессильно.
И еще раз.
И еще…
Медики переглянулись – и принялись отцеплять свои приборы.
Боря молчал.
Кира, понимая, что реанимационные мероприятия закончены, взвыла белугой.
- Не смейте! МАМА!!!
И рванулась так, что в стороны полетели и врачи, и полиция… упала рядом, вцепилась…
- МАМОЧКА!!!! НЕ УМИРАЙ!!!
- Ага, как же, - буркнул более молодой из врачей, не утративший еще щенячий цинизм.
И вдруг…
Анна закашлялась.
Открыла глаза, огляделась вокруг и вполне спокойным точном уточнила:
- Киреныш, ты чего кричишь? Все в порядке?
Оказывается, врачи скорой помощи тоже в обморок падают. Особенно те, которые еще молодые. И поумнеть не успели.
- МАМА!?
Анна обнаружила, что платье у нее на груди порвано вовсе уж неприлично. Подумала с полсекунды, плюнула на все и обняла Киру.
