Пока разложил нужное из рюкзака в палатке, пока распределил это «нужное» так, чтобы оно все время было под рукой, если понадобится.
Пока умылся.
Потрогал щетину: нехорошо, конечно, и не очень комфортно, но ладно – завтра побреюсь, если я сейчас пойду еще и воду в чайнике для бритья греть, то – уж не знаю, дадут ли мне побриться, – но морду-то набьют обязательно.
Так.
Чисто для профилактики.
Чтоб лишний раз не пижонил на выезде.
Хотя, в общем-то, и друзья…
…Тем не менее, когда пришел, то сразу же убедился, что мог спокойно себе и дальше бриться, про меня тут и не помнил никто.
Более того, – я тут был как бы и вообще немного, так сказать, лишний.
А то…
…В «столовой» царила Алёна.
Ахала.
Охала.
В нужные моменты хихикала.
Восторгалась.
Смеялась.
Слушала, открыв рот…
…Мужики, естественно, скакали перед этой малолетней стервой, как подорванные.
Даже про сашими из свежепойманной семги забыли.
Да чего там забыли!
Как я тут же выяснил, его даже из кухни не принесли.
Нда…
…Пришлось прервать это восхитительное, но совершенно, на мой обывательский взгляд, беспонтовое и бессмысленное великолепие.
Отправил Санечку на кухню за рыбой.
Глеба за зашхеренными где-то среди прочих вещей соевым соусом и васаби (кто у нас тут самый хозяйственный, а?).
Славяна – погнал вслед за Сашкой, выклянчивать у него наверняка где-то приныканную к нашему приезду емкость с «шилом», местной разновидностью настоянного на чем-нибудь местно-произрастающем чистейшего медицинского спиртяги: начинать выпивать с водки при такой удаче и в таком интересном месте отдавало немыслимой пошлостью.
Хотел было и Алёну погнать куда-нибудь, – хотя бы и за ее друзьями, но потом, здраво рассудив, что если захотят, то и сами придут – «столовая»-то в лагере одна – милостиво разрешил остаться.
Вернулись с добычей все, кстати, – почти что мгновенно.
То ли пристыдились своего поведения, то ли просто не хотели Алёну одну надолго в моем изысканном обществе оставлять.
Ладно.
Проехали.
В сложившихся обстоятельствах проблемы лучше решать по мере их поступления, иначе рискуешь вообще остаться без отпуска.
А пока – лучше выпить понемногу, с хорошими-то людьми…
…Компания, кстати, очень скоро пополнилась назвавшимся Олегом Дмитриевичем мужем Алёны и их странноватым и франтоватым спутником Геннадием. Странноватым, кстати, прежде всего потому, что я вообще не мог понять, кто он такой и зачем, а в людях мне приходится разбираться профессионально, иначе с работы выгонят.
С самим-то Олегом Дмитриевичем как бы и без увеличительного стекла все ясно.
Контора.
И даже не из тех, которые поднялись из оперов «с земли».
Так, – кабинетный работник…
…А Алёна может быть кем угодно, потому как работает она там все равно Алёной.
Но вот с этим-то чертом что делать тут мне прикажете?!
Высокий.
Одновременно смуглый и светловолосый.
Очень хорошо сложен.
С хорошо, скульптурно очерченными, но вяловатыми кистями рук, короткой рыжеватой бородкой и чуть удлиненными оливковыми глазами с пугающим лично меня странноватым выражением горделиво-презрительного и даже слегка отстраненного унижения, к которому давно привык.
Странный такой типаж.
Может, актер?
Нет, вроде морда неизвестная.
А с таким апломбом он должен на всех экранах мелькать.
И Олега Дмитриевича он, кстати, не боится.
Так.
Опасается.
Потому как в чем-то, похоже, зависим.
Но – так.
По мелочам.
Ну, да ладно…
– Ну, – встаю. – Раз уж все собрались, предлагаю стартово, так сказать, выпить не за обстоятельное знакомство, а за речку Индель. И за рыбу, которая в ней живет и которая всех нас сюда сегодня привела.
– Ура! Ура!! Ура!!! – радостно гаркнули мои парни.
Алёна, кстати, а вслед за ней и Олег Дмитриевич, хоть и с разной степенью уверенности, но все-таки поддержали.
Геннадий – вздрогнул и, кажется, даже слегка поежился.
Ну, – что ж, думаю.
Каждому, как говорится, – свое.
Кто на что учился…
…Спирт, замаскированный под подкрашенную ягодами (брусника вроде? Или морошка?) настойку, обжег горло, жгучим теплом растекся сверху вниз по пищеводу, чуть не заставив пригнуться.
Уфф…
Теперь рыбки в соевый соус макнуть.
Кажется, – хорошо…
…Санечка сноровисто разливает по второй.
Не переборщить бы, думаю.
Это – не безопасный, в принципе, паровоз, это – тайга.
И таежная горная речка: они ошибок, знаете ли, не прощают.
В лучшем случае, – без улова останешься, если что не так пойдет, да спиннинги переломаешь.
Про худший – даже думать не хочется.
Достаточно просто оступиться.
Течение – очень быстрое и сильное.
Людей по берегам особо нет.
Если в высоких вейдерсах в речку сверзишься, – на помощь звать бесполезно. Даже по рации, без которой здесь даже за грибами городскому человеку от лагеря сильно отходить не рекомендуется.
Да и медведей полно.
Да, – ты для них, – не объект охоты, мишки тут предпочитают ягоды, которых на болотах просто какое-то нереальное количество. Или рыбу, которую они тут на мелководьях насобачились ловить покруче любого спиннингиста, конечно.
Но – береженого все равно Бог бережет.
Весна, знаете ли.