Для измерения силы тока Ом пользовался мультипликатором. Этот простой и важный прибор изобрел физик Иоганн Швейгер, земляк и друг Ома. Мультипликатор представлял собою магнитную стрелку, расположенную внутри нескольких витков проволоки. Ом наблюдал величину отклонения стрелки мультипликатора, включенного в гальваническую цепь.
Опыты наглядно показали, что стрелка мультипликатора всегда отклоняется сильнее, если короче и толще проводник, замыкающий цепь. Стрелка мультипликатора отклоняется слабее, когда этот проводник длиннее и тоньше. Медная проволока в пять раз большей длины при одном и том же сечении дает в пять раз меньшее отклонение стрелки мультипликатора. Если же, например, вставить медную проволоку с площадью сечения, в десять раз большей, но той же длины, тогда ток возрастет в десять раз. Одинаковые по размерам проволоки различных веществ (из меди, железа и др.) давали различное отклонение стрелки мультипликатора.
В 1827 году было издано исследование под названием «Гальваническая цепь, математически разработанная Г. С. Омом»[19]. В нем был изложен найденный Омом закон:
«Во всякой неразветвленной замкнутой электрической цепи сила тока пропорциональна электродвижущей силе и обратно пропорциональна сопротивлению всей цепи».
Как это ни странно, в продолжение многих лет о работах Ома не знали ни во Франции, ни в Англии, а когда узнали, отнеслись с недоверием.
Французский физик Клод Пулье и в особенности великий физик Густав Кирхгоф немало сделали для утверждения и распространения открытия Ома. Сам Кирхгоф тоже внес в науку об электричестве неоценимый вклад.
Первая гениальная работа Кирхгофа относится к тому времени, когда ему едва исполнился двадцать один год.
Профессор математической физики Кенигсбергского университета Франц Нейман изумлялся необыкновенным способностям своего ученика.
— В этом студенте, — говорил он своим коллегам, — раскрывается талант выдающегося ученого. Я верю, он удивит мир своими трудами.
И действительно, учитель не ошибся: Кирхгоф оказался одним из крупнейших физиков века.
Ученый мир впервые узнал Кирхгофа в 1847 году. Еще будучи студентом предпоследнего курса, Кирхгоф занялся исследованием разветвления электрических токов. В основу этих исследований он положил закон Ома. С одобрения учителя, Густав Кирхгоф опубликовал свою работу. В ней были приведены открытые им правила, которым подчиняется электрический ток в разветвленной цепи.
Согласно первому правилу Кирхгофа, сумма токов, притекающих в данную точку сети, равна сумме токов, выходящих из той же точки.
Второе правило Кирхгофа говорит о том, что если несколько проволок образуют замкнутую фигуру, то сумма электродвижущих сил, имеющихся в этой фигуре, должна быть равна сумме произведений каждого тока на сопротивление того участка, по которому он проходит. При этом токи и электродвижущие силы в одном направлении считаются положительными (например, по часовой стрелке), а в противоположном — отрицательными.
Закон Ома и два правила Кирхгофа стали основными в науке об электричестве.
ТАК НЕРЕДКО НАЗЫВАЛИ гениального английского физика и химика Майкла Фарадея его признательные ученики и последователи.
Научная работа была жизненной потребностью Фарадея, этого потомственного пролетария-самоучки.
Поднявшись на вершины науки, Фарадей сохранил свою скромность и честность, любовь к труду и упорство. Он много раз рисковал своей жизнью во имя науки. Не раз при взрывах во время опытов он бывал контужен и получал ранения. Его учитель, знаменитый Дэви, поражался необычайной «живучести переплетчика».
Когда Фарадей добился ожижения газа хлора, Дэви стал завистливо и недружелюбно смотреть на успехи своего лаборанта, не стеснялся приписывать себе некоторые работы Фарадея.
В 1824 году, несмотря на резкое сопротивление Дэви, который стал президентом Королевского общества, Майкл Фарадей за свои научные открытия был избран членом этого общества.
— Вы должны взять назад предложение об избрании, — заявил Дэви.
— Не я внес это предложение, а члены общества. Я не вправе взять его назад, — отвечал Фарадей.
— Тогда вы должны побудить к этому авторов предложения!
— Я уверен, они этого не сделают!
— В таком случае, я как президент сделаю это!
