КЛЭЙ. ( Чуть не подпрыгивает на месте.) Я не говорю про Таллалака Бритоголового. Ты и так знаешь, сколько человек он пришил. А как быть мне? Скажи, что должен делать я? ( Внезапный крик пугает весь вагон.) Ладно, хватит! Не говори ничего! Если я деклассированный и ненастоящий белый... Пусть будет так! Что ж, ладно. ( Говорит сквозь зубы.) Я разорву ваши паршивые душонки! У меня есть право быть таким, каким я хочу. Пусть даже дядей Томом. Томасом. Кем угодно. Какое вам дело? Вы ничего не знаете, кроме того, что на виду. Вы обманываете. Изворачиваетесь. А ведь сердце черного тоже может быть чистым. Но вы этого даже не знаете. И поэтому я сижу здесь в этом застегнутом на все пуговицы жакете и сдерживаюсь, чтобы не свернуть вам шеи. Теперь о тебе. Ты большая распутная блядяща. Ты потрахалась с несколькими черными и тотчас же возомнила себя знатоком черных душ. С этим все ясно. Не поняла ты только одно: что с тобой станет, если тебя ударят хотя бы вполсилы? От тебя же останется мокрое место. Что, может, потремся животами? Ты этого хотела? Блядь, ты даже не знаешь, как соблазнить... Не знаешь! Ты как кляча, забравшаяся под слона. Но у меня нет желания тереться животами. Это слишком низменно. Есть злачные места, где такие, как ты, в больших шляпках и в пальто, стоят с одной целью. Потереться житвотами. Их презирают. Старые лысые четырехглазые человеки щелкают пальцами. Они еще не знают, чего хотят, но говорят: "Мне нравится Бесси Смит". И даже не понимают, что Бесси Смит говорит им: "Поцелуй мою задницу, поцелуй мою черную задницу". Слушая песни Королевы Джаза и находясь в экстазе, когда ничего никому не объяснишь, они слышат, как она говорит, и говорит просто: " Поцелуй мою черную задницу." И они, не ведая стыда, целуют. А Чарли Паркер? Чарли Паркер! Все эти ликующие белые парни называют его гением. А гений говорит им: "Уносите свои ноги, слабоумные ублюдки! Уносите ваши ноги!" А они сидят и говорят про мучающегося Чарли Паркера. Но ведь гений может не только играть музыку, он может, прогуливаясь по Восточной 67-стрит, убивать первый десяток белых, как он выражается. Нет ничего невозможного! А я будущий великий поэт. Да. Это так! Поэт в некотором роде. Непризнанный талант. Но у меня все впереди. Но меня может остановить случайный инцидент. Ты пустишь мне кровь, ты, крикливая шлюха, и свет не узнает великой поэмы. Все люди страдают от неврозов и прилагают все усилия, чтобы сохранить свой рассудок. Между тем, есть одна-единственная вещь, способная излечить ваш невроз, - это убийство. Все очень просто. Мне кажется, только если я убью тебя, другие белые смогут меня понять. Понимаешь? Нет? Думаю, что нет. Но если бы Бесси Смит убила каких-то белых людей, она бы не смогла сочинять песни. Да и зачем ей это? Она и так может сказать открыто и прямо, что она думает об этом грязном мире. Без преувеличения. Без ворчания. Без терзаний во мраке души. Истина проста - как дважды два - четыре. Деньги - сила. Именно они. Все из-за них. Безумные ниггеры обречены гнуть спины на здравомыслие. И все, что остается делать - это совершить несложное действие. Убийство. Только убийство. Только оно может излечить вас. ( Внезапно останавливается.) Ах, черт. Чего это я? Кому это нужно? Я так глуп. И явно нездоров. Эти мои слова вырвались сгоряча после тяжелых мыслей о смерти. Я схожу с ума. Ах, как это смешно! Кому нужны мои требования? Каждый добивается осуществления своих корыстных целей. У каждого свое собственное безумие. Никому не нужны эти слова. И никому не нужна защита. Но послушай одну важную вещь! И перескажи ее своему отцу, который, вероятно, принадлежит к числу тех людей, которым нужно кое-что знать. Он может продвинутся далеко вперед, если перестанет проповедовать жесткий рационализм и холодную логику по отношению ко всем ниггерам. Позволь решать им самим. Позволь им сыпать проклятия в твой адрес, как это делаешь ты по отношению к ним. Позволь им воспринимать свою грязь как простой недостаток жизни и не делать далеко идущие обобщения. И вы, вы все! Не совершайте ошибки и не доводите до массовых волнений. Вспомните о христианском милосердии и о романтических веках, чуждых западному рационализму, когда не было чувства большого интеллектуального превосходства белого человека. Нужно просто начать слушать и тогда, быть может, однажды вы откроете для себя, что они не такие, какими казались вам прежде. Все, все эти мечтательные люди. Все эти блюзовые люди. И в этот день, когда вы поверите в них, вы можете принять их в ваш загон, полубелых опекунов и старых рабов с их горечями. И великое сердце проповедника восторжествует! А что будет, если каждый из этих ниггеров восстанет. Западные люди с ясными глазами добиваются успеха и живут в здравии и в благочестии, а они возьмут и убьют их. Они убьют их, и будут иметь на это моральное право. Полное право. Они перережут вам горла и выбросят вас на окраины ваших городов, чтобы соблюсти санитарные нормы.
ЛУЛА. ( Ее голос становится другим, более деловитым.) Я наслушалась достаточно.
