В тот день, 2 июля, у сына генерала был день рождения, собрались родные и близкие. Лев Яковлевич вернулся домой поздно, без подарка для ребенка, чем вызвал у супруги естественный приступ негодования. Проводив гостей, Рохлин лег отдыхать, а жена чуть позже поднялась в подпитии в спальню и выстрелила из пистолета в висок мужа. Потом разбудила охранника Александра и сообщила о случившемся. Тот поверил не сразу, а когда поднялся в спальню и убедился, что шеф убит, вызвал правоохранительные органы.
Неясные детали: выстрелов было два. Один прозвучал в спальне, где спал генерал, другой — на первом этаже. Пуля застряла в стене по касательной вверх. Пистолет, обнаруженный под забором дачного участка, был вымыт химическими средствами, отпечатки пальцев отсутствовали. Прокуратура смывы с рук присутствующих не брала, многие детали состояния убранства помещения не закрепила, словом, допустила массу «небрежностей». Такие действия следственной бригады объяснялись тем, что жена Рохлина прокурорским работникам призналась в убийстве мужа непосредственно на месте преступления.
Позже, в ходе следствия, она отказалась от признательных показаний, но в 2000 году Наро-Фоминский суд признал Рохлину виновной и приговорил к восьми годам заключения в колонии общего режима. В декабре Мособлсуд сократил срок наказания до 4 лет. Летом 2001 года Верховный суд России отменил обвинительный приговор, направив дело на новое рассмотрение. А Рохлину выпустили на свободу под подписку о невыезде. В 2005 году городской суд Наро-Фоминска вторично признал Тамару Рохлину виновной и назначил ей наказание — четыре года условно.
На чем основывались выводы следствия и суда?
— Я хорошо помню материалы уголовного дела, хотя прошло много лет, и считаю: убийство совершила Тамара Рохлина. По заключению судебно-психиатрической экспертизы Тамара Павловна в момент совершения преступления могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими. Поэтому экспертами была признана вменяемой. Есть обвинительный приговор суда, который вступил в законную силу. То есть она осуждена за совершение умышленного убийства мужа. До сих пор этот приговор не отменен.
Несмотря на то, что мы со Львом Яковлевичем были в очень хороших, даже дружеских отношениях, я считаю, что в данном случае произошла семейная трагедия. Об этом определенному кругу лиц хорошо известно.
Вот такая основная и официальная версия, которую нам подтвердил бывший заместитель Генерального прокурора — начальник Главного следственного управления Генпрокуратуры Российской Федерации Михаил Катышев, бережно хранящий память о своем друге, ставшем одной из знаковых фигур середины 80-х годов уже прошлого века. Но вопросы по вынесенному судебному решению остаются. Многие высказывали мысль, что если совершено убийство, то срок за него 4 года — странно мало. Если нет — то 3 года мытарств по следственным изоляторам и колониям — очень много… Так или иначе, суд никого, кроме Тамары Рохлиной, в убийстве ее мужа не обвинил.
Некоторые сторонники Рохлина начали собственное расследование. Спустя неделю после гибели Льва Яковлевича на имя Генерального прокурора Юрия Скуратова было отправлено письмо, а потом и проведены пресс-конференции, где приводились следующие аргументы, свидетельствующие о невиновности Тамары Павловны. Они заключались в следующем:
• в ночь убийства на даче находилось четыре человека, но никто не слышал звуков двух выстрелов из пистолета. Следовательно, использовалось оружие, оснащенное глушителем. Пистолета с глушителем у генерала не было;
• по свидетельству родных, вечером, несмотря на достаточно поздний приход генерала домой, ссоры, на что следствием акцентировалось внимание, между Львом и Тамарой не было. Рохлина еще в 2 часа ночи звонила подругам и была в добром расположении духа;
• Тамара Павловна Рохлина, как отмечалось на пресс-конференциях, «с огромным пиететом относилась к общественной значимости мужа и проводимой им политической линии». Кроме того, генерал был единственным источником финансирования семьи;
• по свидетельству зятя и дочери, еще в декабре жена генерала похищалась, была насильно посажена в автомобиль неизвестными, угрожавшими расправой генералу, ей и семье, если Рохлин не прекратит оппозиционную деятельность. После убийства Льва Яковлевича Тамара Павловна дочери заявила, что это были «те же самые лица»;
• наутро тяжелая входная дверь на дачу была распахнута, хотя никто из домочадцев ее не открывал, а Тамара Павловна и вовсе не могла это сделать, так как «ей просто не хватало бы сил»;
• при осмотре прилегающего к даче леса, в непосредственной близости от дома Рохлина, на дереве был обнаружен «насест», с которого, якобы, велось наблюдение за перемещениями генерала;
