- Да, зонтик, как я успел убедиться, - замечательное оружие, но против пистолета он бессилен. А я слышал пистолетные выстрелы.
- Ты не ошибся, Эмерсон. Пистолетный выстрел звучит совсем не так, как выстрел из винтовки или дробовика. Дональд должен благодарить небо, что в него палили из пистолета, потому что из винтовки на коротком расстоянии промазал бы только слепой.
Эмерсон оглянулся:
- Идут, голубчики! Никак друг на дружку не наглядятся... Итак, согласие достигнуто?
- И до чего трогательное! Решив, что Дональд умер, Энид призналась его хладному телу в любви. От меня, правда, все равно ничего не утаишь! Теперь тревоги, слава богу, позади.
- Я бы так не сказал, - возразил Эмерсон. - Если ты не сумеешь снять со своей подопечной обвинение в убийстве, а с ее избранника - в растрате, подлоге или что еще он там учинил, то им нечего надеяться на долгую и счастливую совместную жизнь.
- Именно для этого мы и едем сегодня в Каир! И давай поторопимся, не то опоздаем на поезд.
IV
Благодаря моим организаторским способностям на поезд мы не опоздали, хотя вскочили чуть ли не на подножку. Только усевшись в купе, мы смогли обсудить занимательные события этого утра. Каково же было мое удивление, когда выяснилось, что Эмерсон вовсе не разделяет мое мнение насчет того, кто стрелял в Дональда!
- Не представляю, какие могут быть другие объяснения! - вдалбливала я ему. - ГП по-прежнему нужен козел отпущения, на которого можно свалить убийство Каленищеффа. Дональд уже несколько раз мешал его планам разделаться с нами. Естественно, этот злодей Сети страшно на него зол. Или Другая занятная версия: вдруг пули предназначались не Дональду, а мне?
- Очень занятная! Странное у тебя представление о юморе, - проворчал Эмерсон. - Нет, Амелия, на твою жизнь никто не покушался. Все это полнейшая бессмыслица и чушь!
- А у тебя есть собственная версия?
- Разумеется, есть.
- Тем лучше. Нам не впервой соревноваться. Посмотрим, чья возьмет. У меня такое ощущение, - добавила я с ласковой улыбкой, - что наши с тобой мнения по поводу этой головоломки сильно расходятся.
- Что-то не припомню, чтобы наши мнения когда-нибудь совпадали.
- Может, соблаговолишь поделиться своими соображениями ?
- И не подумаю!
После этих слов Эмерсон сделался нем как рыба, точнее, как неприступный байронический герой - популярный персонаж в непритязательной литературе. Черная прядь на лбу, насупленные брови, поджатые губы - словом, очень эффектный вид, и, если бы не скучная пожилая особа, делившая с нами купе, я бы не сумела скрыть своих чувств. Но даже в присутствии пожилой особы я бросала на мужа очень выразительные взгляды.
Супруг, впрочем, то ли разучился расшифровывать взгляды, то ли - трудно вообразить! - вообще не обращал на меня внимания. Так или иначе, мне пришлось нарушить затянувшееся молчание.
- Не понимаю, почему события этого утра так тебя озадачили, Эмерсон! Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить, почему Ге... хорошо, почему Сети избрал пистолет, а не ружье. Он хотел представить гибель Дональда самоубийством! Дональда нашли бы с пистолетом в одной руке и с предсмертной запиской в другой. Уверена, Ге... Сети сумел бы подделать его почерк.
- Могу даже подсказать, в чем ты еще уверена. Что твой герой запросто мог бы парить над Каиром на крыльях, как летучая мышь, декламируя при этом лирические вирши.
- На крыльях? Вирши? Странные фантазии!
- Просто полет воображения, Амелия. Твоя теория фальшивого самоубийства рушится по одной простенькой причине: ты сама там присутствовала.
- Тогда самоубийство и убийство одновременно, - не сдавалась я. - Сети не остановила бы подобная мелочь. Он бы не стал лить по мне слезы.
Эмерсон снова покачал головой:
- Ты меня удивляешь, Пибоди. Не понимаю, как ты умудряешься не замечать... Что ж, раз тебе еще не открылась истина, я не стану торопить события.
После этого он окончательно умолк, и мне не удавалось его растормошить почти до самого Каира.
Глава одиннадцатая
I
В конце концов я нащупала тему, к которой Эмерсон не мог остаться равнодушным, - чем он намерен заняться в Каире.
- Можно сколько угодно обещать сесть Сети на хвост, но как, скажи на милость, этот хвост найти?
Отказ Эмерсона поделиться своими догадками не на шутку задел меня. Словно и не замечая моей обиды, он благосклонно ответил:
- Хорошо, что ты об этом заговорила, Пибоди. Можно действовать двумя способами. Первый - узнать у полицейских, что им известно об этом негодяе. У нас есть законные основания задавать вопросы, ведь он нам угрожает! Но гораздо больше надежд мне внушает другой путь - использовать мои знакомства в каирском преступном мире. Очень возможно, что даже ближайшие подручные Сети не знают его настоящего имени. Но, сложив вместе разрозненные сведения, мы можем получить искомое.
- Отлично, Эмерсон! Именно это я и собиралась предложить.
- Конечно! Ничего другого все равно не придумать.
- Я в восторге от твоего хитроумия, Эмерсон, но, может быть, начать с противоположного конца?
- Что-то я не возьму в толк, о чем ты, Пибоди.
