Чем дальше мы углублялись во чрево Старого города, тем больше походили на лабиринт кривые улочки (если можно применить это цивилизованное слово к узеньким расщелинам), вьющиеся между грязными облупленными стенами и разбитыми окнами. Решетчатые балконы на верхних этажах высоких узких домов заслоняли свет, поэтому мы брели почти что в потемках. Среди прохожих изредка попадались европейцы, в том числе англичане, по большей части в наркотическом дурмане, с бессмысленным, остановившимся взглядом.
Заметив, что я все чаще озираюсь, Грегсон сказал обеспокоенно:
- Вам не по себе? Напрасно я вас сюда затащил. Может быть, вернемся?
- Нет-нет, идем дальше! - прошипела я, не желая выдавать свое волнение.
- Но вы встревожены. В чем дело?
- За нами следят.
- Что?!
- Шагайте, вам говорят! Не крутите головой.
- Надеюсь, вы ошиблись...
- Нет. За нами идет мужчина, которого я видела уже дважды: сначала перед гостиницей, потом у кафе. Худощавый, в белом балахоне и синем тюрбане.
- Миссис Эмерсон, это описание подходит для доброй половины каирцев!
- Он все время закрывает рукавом нижнюю часть лица. Уверена, он нас преследует. Что ж, придется его перехватить. За мной!
И, резко развернувшись, я бросилась на шпиона, размахивая зонтиком.
И египтянина, и Грегсона мой маневр застиг врасплох. Грегсон испуганно вскрикнул, преследователь замер и прикрыл руками голову. Но было уже поздно. Моя стремительность известна на двух континентах. Со всего размаху я опустила на голову незнакомца свое проверенное оружие, в следующий миг ноги у него подкосились и он осел в пыль.
- Готово! - крикнула я, пригвоздив поверженного недруга к земле. Быстрее, Грегсон, шпион в наших руках!
Улица разом, как по волшебству, опустела, но я знала, что за нами наблюдают, приоткрыв двери и ставни. Грегсон поспешил на мой зов, однако я не услышала поздравлений, которых ждала.
И вдруг до моего слуха долетел сдавленный шепот:
- Ситт-Хаким... Ох, Ситт-Хаким, кажется, вы пробили мне череп.
Знакомый голос! Дрожащей рукой я убрала с лица своей жертвы белую ткань и узнала Селима, сына Абдуллы, любимца всего семейства. А я пробила ему череп... Теперь и у меня подкосились ноги.
- Какого черта тебя сюда занесло. Селим? Нет, можешь не отвечать. Тебя подослал Эмерсон! Ты приехал в одном с нами поезде, но в другом вагоне, и шпионишь за мной с той минуты, как мы с Эмерсоном расстались у здания полиции!
- Не шпионю, госпожа, - не согласился юноша. - Я вас охраняю! Отец Проклятий дал мне почетное поручение, а я его не выполнил. Я опозорен! Сердце мое разбито вместе с головой! Я умираю, госпожа. Проститесь за меня с Отцом Проклятий, с моим достойным родителем, с братьями Али и Хасаном и с...
Я подала ему руку и заставила встать:
- Хватит, Селим! Ты не ранен, силу моего могучего удара смягчил тюрбан. Надеюсь, я даже не рассекла тебе кожу. Дай-ка посмотреть...
На макушке у Селима действительно не было ничего, кроме зреющей на глазах шишки. Я достала из своей походной аптечки мазь и бинт и перевязала Селиму голову, прежде чем снова водрузить на нее тюрбан. Грегсон наблюдал за нами молча, без всякого выражения на лице.
- Прошу меня извинить, мистер Грегсон, - сказала я. - Можно идти дальше. Вы не возражаете, если Селим будет нас сопровождать, или лучше его отослать?
Грегсон не торопился отвечать. Зато Селим сразу издал испуганный крик:
- Не прогоняйте меня, госпожа! Я не могу вернуться к Отцу Проклятий без вас. Лучше бежать куда глаза глядят! Лучше поступить в армию, лучше выпить яду и умереть!
- Тихо! - шикнула я на него. - Что скажете, мистер Грегсон?
- Боюсь, мы слишком задержались и теперь встреча не состоится, - молвил Грегсон. - Так что можете сами отвести своего плаксивого стража к хозяину.
- Пожалуйста, госпожа, сделайте, как предлагает господин! - Селим, действительно ливший горючие слезы, схватил меня за руку. - Господин Эмерсон проклянет меня, душу вынет... Идемте вместе, не то я вырежу себе язык, чтобы не пришлось признаваться в неудаче! Лучше выколоть себе глаза, чтобы не видеть его страшного гнева. Да я...
- Боже, какие ужасы! - не выдержала я. - Это безнадежно, мистер Грегсон. Может быть, пойдете со мной? Заодно познакомитесь с моим мужем. Он с удовольствием выслушает все, что вы сможете ему рассказать.
- Не сегодня, - ответил Грегсон тихо. - Если я потороплюсь, то еще застану человека, о котором говорил, и условлюсь о новой встрече. Возможно, даже уговорю его согласиться, чтобы к нам присоединился профессор.
- Это было бы замечательно! - воодушевилась я. - Как вы нас предупредите?
- Отправлю к вам гонца. Если у вас появятся новости, оставьте для меня записку в "Шепарде". Я заглядываю туда почти каждый день за почтой.
- Договорились. - Я протянула ему руку, и Грегсон сжал ее обеими руками - белыми, ухоженными, с длинными и сильными пальцами, но натруженными ладонями, как и подобает джентльмену, не чурающемуся работы.
- До скорой встречи!
- И я на это надеюсь. Не терпится познакомить вас с мужем!
- Буду рад. До свидания.
