Он назвал ее «дочерью Оррайны». Но почему? Ведь Оррайна - это Верховная Ведьма Эфарленда, о ней еще в Эймаре рассказывал учитель Сойрен. А в одной из эймаровских галерей висел ее портрет. Этот портрет еще показался Ли-фанне каким-то знакомым, похожим на кого-то... но вот на кого? Этого девушка так и не смогла понять. Не смогла вспомнить. Пока не смогла...
***
А вот Тарлиану пришлось намного хуже, чем Ли-фанне. Его, к счастью, ни к какому предводителю не отводили, но все-таки когда двое здоровенных легионеров скручивают тебе руки за спиной, и чуть ли не волоком куда-то тащат, это, мягко говоря, не очень приятно. И еще больно, вдобавок ко всему.
Его сразу же повели в подземелье, но, в отличие от Ли-фанны, забросили его намного ниже и в куда более худшие условия.
В камере, еще более тесной, чем та, где заперли Ли-фанну, было сыро и темно, хоть глаз выколи. Темноту же Тарлиан всегда терпеть не мог. Не боялся, нет - просто он не любил, когда ничего вокруг не видно. Да, сейчас бы очень к месту пришелся его внутренний огонь. Но как его вызвать, этот огонь, он до сих пор так и не понял. В прошлый раз, во время сражения на пустоши его меч загорелся ровно в тот момент, когда все было уже настолько плохо, что, казалось, хуже уже некуда. А сейчас ничего. Он даже не ощущал этого своего «дара». Вывод: все пока что не так плохо. Это вселяло некоторую надежду, но все-таки возникал вопрос: насколько же все должно быть плохо, чтоб этот огонь снова разгорелся? Даже подумать об этом страшно.
«И все-таки это из-за меня, - подумал Тарлиан, ложась на холодный каменный пол. - Все от моей невезучести... Заразная она, все-таки... вот где теперь все? Что с ними? Нет, нужно что-то делать. Причем чем скорее, тем лучше. Но как выбраться отсюда? Как?..»
И погруженный в такие невеселые размышления, Тарлиан провалился в забытье.
***
- Эй! Эй, брат, просыпайся давай!
Тарлиана разбудил незнакомый голос. Что-то тут было не то... Он ведь совершенно точно был в Гройвуде, а там точно некому называть его «братом». Так что же такое тут происходит?
Юноша открыл глаза. И почти сразу зажмурился от нестерпимо яркого солнечного света. Но откуда было взяться этому свету, если он был в глубоком подземелье, где даже окон не было, что вполне естественно.
Он снова открыл глаза, приготовившись на этот раз к яркому свету.
Вокруг был лес - яркий, зеленый, живой и какой-то радостный лес. Странно было видеть его после Клеренских пустошей и Гройвудской жути, по-другому и не скажешь. Все здесь было пронизано солнечным светом и наполнено жизнью, причем до такой степени, что Тарлиан увидел все это в первую же секунду.
Недалеко от него стоял человек, которому, похоже, и принадлежал голос, разбудивший Тарлиана. Приглядевшись немного, юноша понял, что этот человек едва ли намного старше него. Высокий худой парнишка с жестким ежиком черных волос, торчащих во все стороны. Одет он был несколько странно: в длинный красный кафтан, расшитый золотой нитью; на ногах - остроносые красные же сапожки. Непривычный вид для человека Грифоновской эры. Такие наряды были в моде скорее в эру Феникса. Но Тарлиан не удивился: мало ли чудаков на свете? И все равно, было во всем этом что-то не то.
- О! Проснулся наконец-то! - сказал он, увидев, что Тарлиан начинает подниматься. - Давно у нас новичков не было...
- В каком смысле - новичков? - спросил Тарлиан. - Где я?
- Ты? В принципе, ты там же, где ты и заснул, просто... как бы сказать... сознание твое переместилось сюда. Ты до попадания сюда где был?
- В Гройвуде, - откликнулся Тарлиан.
- О-па... - медленно произнес незнакомец. - Да, попал ты, брат...
- Слушай, а почему ты меня все время братом называешь?
- Почему? Ну, просто... а как же еще? Брат, потому что такой же, как и я. Феникс. У нас одна сила. Без этой силы сюда не попадешь, тем более во сне.
- А «сюда» - это... - начал Тарлиан.
- Сюда - это именно что сюда, - ответил странный человек. - Туда, где мы, фениксы, живем. Я потому и говорю, что ты новичок. Сюда рано или поздно попадает каждый феникс. Кто-то остается, как я, например, а многие просто получают тут знания о своем даре, и снова возвращаются... ну, домой к себе, короче.
Тарлиан улыбнулся. Определенно, чем дальше, тем больше ему нравился этот странный парень, который вроде начинал говорить несколько официально, будто даже заученно, но потом сбивался на простой лад.
- Так, выходит, у вас здесь все не по-настоящему? - спросил он.
Собеседник сначала непонимающе взглянул на него, потом, видно, сообразил:
- А, ты об этом... нет, почему же? Это ведь реально существующее место, не то что какой-нибудь Лаорин, который, не поймешь, то ли есть, то ли нет. А таких, как ты, у нас тут очень давно не было. Сюда в основном все на своих двоих добираются.
- Вот ты говоришь «все». А что, фениксов так много?
- Много? Нет... скорее наоборот, - пожал плечами парнишка. - Но зато всех нас объединяют наши силы. Вот ты давно узнал про свой дар?
- Дней пять назад, - подумав немного, ответил Тарлиан.
