Гибнет, но не до конца. Для того, чтобы дать потомство, ему нужно много энергии. В живом теле её найти гораздо проще, чем в колбе.
Да и изменяется микроклимат человеческого организма не такими скачками, какие происходят, когда вирус извлекают из тела. – врач немного помолчала. – Или когда носитель погибает. Граница между случаями, когда штамму нужно выжить, а когда умереть, поймана очень точно. Действия Кота настолько высоко организованы, что сперва учёные сделали ставку на интеллектуальные нанотехнологии. Вот только никаких искусственных частей им найти не удалось – тела всех погибших бактерий состоят из одной лишь органики. Она, правда, подверглась основательной генной модификации, в частности, на порядок увеличена скорость разложения, что, опять же, затрудняет изучение вируса.
Девушка сделала шаг назад, как бы, уступая право голоса своей старшей сотруднице, которая, наконец, перевела разговор от теории к практике:
–
Одним словом, единственное, что Мы можем сделать, это обработать фильтры противогазов особым раствором, убивающим всякого рода органику. Сложность заключается в том, что Вам придётся вдыхать этот препарат, а он токсичен. медсестра поджала губы. – Такая вот ирония судьбы. Если говорить в цифрах, то у Вас будет около двух часов на пребывание в закрытой зоне, а потом придётся либо снять маски и дышать заражённым воздухом, либо травиться Нашим раствором, что ни чем не лучше. Рекомендую Вам надеть закрытую одежду и ни к чему, слышите, вообще ни к чему не прикасаться! Вирусы, обычно, распространяются с помощью спор, способных длительное время выживать в экстремальных условиях, а это значит, что в зоне заражения Чёрный Кот, уже уничтоживший всех людей, скорее всего, находится в состоянии спячки и по-прежнему опасен. Если верить Нашим анализам, его споры слишком тяжелы, чтобы свободно парить в воздухе. Таким неприятным образом, всё в зоне карантина покрыто слоем дремлющих яиц Кота. – женщина подняла руки и пошевелила пальцами, ещё раз показывая, что трогать ничего нельзя. – Понятно? Мы дружно кивнули.
–
Вопросы?
–
Да, есть. – Гелий встал с места и упёр руки в бока. – Каковы симптомы заражения?
Врачи неуверенно переглянулись. Ответила старшая:
–
Чаще всего, Кот вызывает загустение крови, поэтому ориентироваться стоит на онемение и мышечную усталость. Возможно затруднение дыхания. Мы дадим Вам несколько шприцов с адреналином, он должен помочь… ненадолго. Учитывая, что вирус хозяйничает в закрытых зонах уже по несколько лет, а Мы совсем не знаем, что там происходит, думаю, его симптомы могли сильно измениться. В случае заражения у Вас будет около десяти часов, потом наступит мучительная смерть. – глядя на меня, врач недовольно вздохнула, демонстрируя своё осуждение грядущей операции. – Я подготовлю аппарат для переливания крови, на всякий случай. Предупредите заранее о своём возвращении! Будет не лишним подвергнуть всех Вас контрастной термообработке.
Логист, всё это время сидевший неподвижно, как статуя, медленно качнулся из стороны в сторону.
–
То есть, операция – чёрный ящик. Ничего толком не известно ни о цели, ни об угрозах, ни даже о месте назначения. – он повернулся ко мне. – Вы уверены?
Мне рассуждать было не о чем: лидер машин находился в Корее, и мне нужно было его найти.
–
Да! Сколько времени нужно на подготовку?
Ответил Гелий, и по его тону я понял, что он твёрдо намерен лететь со мной.
–
Транспорт полностью готов, но до него ехать минут двадцать. – оператор медленно повернулся к врачам. – За сколько Вы управитесь?
–
А сколько нужно противогазов?
На этот раз все дружно посмотрели на меня. Гелий знает о Легионе всё то же, что и я, пожалуй, даже, чуть больше. Клик – мастер компьютерных систем, плюс я. Если не взять на эту операцию Лису, она, чего доброго, угонит транспорт и полетит следом за Нами. Четверо. Не помешает ещё один боец, однако, кроме Бледного и Сыча, я никого в этом лагере и не знаю. Второму я почему-то симпатизировал больше. Да, компания из тех, кого я уже более или менее знаю… Поднявшись с кушетки, я командным тоном объявил:
–
Пять: Гелий, Сыч, Лиса, Клик и я.
Врачи, синхронно кивнув, рванули в разные стороны.
–
Вы? – на лице Логиста изобразилось крайнее недоумение. – Вы тоже летите? Но Вы нужнее здесь, в лагере! Люди обрели потерянного лидера, и теперь Вы уходите… снова, да ещё и на такую рискованную операцию! Что, если Вы не вернётесь?
В голосе советника чувствовалась душевная тяжесть. Он никогда не любил ответственность, накладываемую на него статусом в Тетре, а теперь, во времена полного хаоса, когда каждое решение может стоить сотен людских жизней, она и вовсе придавила его непосильной ношей. С моим появлением всё стало проще, ведь в сложных ситуациях выбор должен делать Высший. Но я точно знал, что моё личное вмешательство в работу Легиона просто необходимо. Я был одним из авторов программных изменений, которые внесли в его код агенты Тетры, и об этом не ведал никто, даже Гелий. Тем не менее, Логиста нужно было обнадёжить.
–
