— Зачем ты здесь? — Тангир смотал кнут, проигнорировав наши взгляды, на что Катерина отмахнулась:
— Скучно стало. Поболтаем за стаканчиком текилы? — на этот раз она посмотрела на меня и подмигнула, — Я расскажу тебе что-то очень интересное, агент Эйс. Это жутко забавная история про то, как корейский сопляк влез не в своё дело, и помешал мне прикончить тварь, которая выдала себя за невинную овцу. Правда, Тэнгри?
Я съехала вниз по склону и почти поднялась, не выпуская оружия, пока Катерина не протянула мне руку, чтобы помочь встать на ноги.
— Хватайся, сестра. Я пришла помочь, — она и правда тепло мне улыбнулась, и крепко обхватила мою руку, когда я встала, — Уваж старуху у которой давно не было бабской компании.
— Вы, агашши, на старуху не тянете, — съязвил Тангир и прошел мимо нас как кошка вниз по склону.
— Хорош, демон. Жаль… — прицыкнула Катерина, смотря вслед психованному, который стал похож на безумца ещё хуже, — …что его уже обработали.
Она скосила взгляд на меня, однако следом тихо прошептала, так и не выпустив моей руки из своей:
— Я пришла действительно помочь, Невена. Я знаю, кто ты. И знаю, что случилась с твоей семьей.
Этот момент наступил. Именно тот, который я и назвала "вчера, которое догнало меня сегодня". Время, когда я узнала о себе почти всё, как и том, что станет для меня отголоском самой ужасной боли.
Переломный момент в моём существовании наступил слишком быстро. "Существование" — да, именно так я называл свою жизнь, и продолжаю это делать, потому что понимаю — так не живут нормальные люди. Обычные мужчины не стремятся умирать, чтобы отомстить и уйти за своей женщиной. Я знал, что болен. Понимал это отчётливо ещё тогда, когда полез в петлю. Это так, словно есть часть внутри тебя самого, которая кричит и вопит о том, что тебе нужно остановиться и найти помощь. Отыскать кого-то, кто возможно способен вернуть тебе хотя бы ощущение, что в твоём дыхании и биении сердца ещё есть смысл.
Я думал, что его нет. Однако мне не дали сдохнуть, ни тогда, ни сейчас. Что-то так и мешало окончательно свихнуться настолько, чтобы уйти любым способом. Я псих, права Невена, и права была она с самого начала, когда сказала, чтобы я не лез в её жизнь. Не пытался докопаться до правды и помочь ей.
Однако… Я, по велению вероятно, той самой гадской силы или проведения не отступил, решив, что спасение этой женщины — путь к собственному искуплению. Решил всё за нас с ней, и вынудил смириться с тем, что не отступлюсь и продолжу охранять её как верная собака, лишь бы ухватиться за это… чувство.
Я скривился и сжал в руке стакан с текилой, опираясь спиной о барную стойку одного из ковбойских баров. Смотрел на двух женщин, а видел только одну. Они беседовали за столиком достаточно далеко, чтобы я мог насладиться в последний раз тем, как смотрю на её фигуру.
Не знаю, когда это случилось. Может ещё в том лесу, когда мы как дикие животные набросились друг на друга, а может намного позже, когда я нежно и плавно прикасался к телу Невены на белых простынях в невозможно душном номере отеля.
А может… Может это случилось, когда я впервые увидел перед собой её слабость. Слезы, которые стеклом стояли в её глазах, и смотрели как на крохотные осколки в моей руке разрушается её прошлое, не позволяющее жить ей спокойно.
"Ошейник…" — прошептав в мыслях, я провел по холодной золотой пластине в кармане джинс. Следом вспомнил о кольцах, которые висят на моей шее, и о которых Невена не спросила ни разу, даже когда мы спали. Просто молчала и смотрела на то, как цепочка падает на прикроватную тумбочку с громким и звонким стуком.
"Странная женщина…" — мысленно шепча, смотрел на то, как линии её тела соблазнительно выделяет приталенная одежда. Следил за каждым её движением, и тем, как мягкие тонкие губы шевелились, когда она произносила что-то в ответ на слова Катерины.
Так когда я начал смотреть на неё не как на способ добраться до врат своего чистилища, а как на женщину, с которой мог снять ту самую цепочку с кольцами из моего прошлого? В последний раз я вообще не помню, куда положил их, и для меня подобное стало откровением.
Три года я хранил эти предметы как нечто, что потеряв, не смог бы пережить и это. Опять моё безумие говорило именно через привязанность к простым золотым украшениям, которым я придал такое значение, словно они нечто настолько важное, как моя собственная жизнь. Есть они — значит Чжи Тангир ещё жив.
Однако я никогда не задумывался над тем, что стало бы с этими кольцами умри я в Клетке вместе с Дже Мином. Каковой бы стала судьба подобных вещиц тогда?
"Это просто кольца, больной придурок! Простые обручальные кольца из золота, которые продали бы, а потом переплавили и создав нечто совершенно другое, опять бы продали…" — я допил текилу и хлопнул стаканом по барной стойке пробасив:
— Повтори!
— Это шестой стакан, парень! Ты точно на своих ногах отсюда выйдешь? — за спиной прозвучал голос бармена, а я лишь ухмыльнулся и ответил:
