— Не отвлекаемся, — одёрнула невестку леди Элен. — Приветствуешь принцессу Агнию. И назад, назад, три шага назад. Смелей — шлейф поможет удержать равновесие. Стоп. Вытяни левую руку и подожди несколько секунд — дай возможность слуге набросить на нее шлейф. Ферд! Ты снова заснул? Все, теперь можно отойти в ряды придворных.
— Это какой-то ужас, — призналась вечером мужу Лил. — Кажется, твоя мама боится, что я не справлюсь. И теперь я тоже боюсь.
Вик обнял лежащую рядом жену и уверенно сказал:
— Ты справишься. Ты справлялась с гораздо более трудными задачами. Чего только стоило за одну неделю организовать званый приём? Меньше, чем за месяц отремонтировать школу?
— О да… Там уже, должно быть, начались занятия. Вот бы посмотреть, — предалась приятным воспоминаниям Лил.
— Расскажи мне про пансион, в котором училась, — попросил Виктор.
— Тебе интересно? — удивилась девушка.
— Конечно, раз я спрашиваю.
Маркиз хотел, чтобы жена расслабилась и перестала переживать о завтрашнем дне. Лилиана с удовольствием откликнулась на его просьбу. Ей нравилось вспоминать о беззаботных днях учёбы, о подругах, о детских проказах. Виктор слушал очень внимательно. Ему действительно было интересно прошлое его жены. К тому же она оказалась прекрасным рассказчиком. Он словно с головой окунулся в её детство и юность. Теперь ему стали понятны многие черты её личности и почему она так разительно отличалась от своей сестры-пустышки.
Было необычно лежать в постели с женщиной и просто разговаривать, долго разговаривать. Но Вик чувствовал, что сегодня Лил не нужна его страсть. Ей хочется его понимания и заботы, проявлять которые маркиз давно разучился. Сможет ли он научиться этому заново?
Лилиана как всегда проснулась раньше мужа. Она не спешила вставать, лежала и в предрассветных сумерках рассматривала лицо спящего мужчины. Во сне он выглядел таким умиротворённым. Черты лица смягчились, и в них появилось что-то мальчишеское. Немного отросшие волосы растрепались, упали на лоб и скулы. Девушке нестерпимо захотелось прибрать их, провести пальчиком по длинным густым бровям, спуститься на щёку, коснуться губ…
Её муж. Не Виктор Стейн, не чужой жених, как она думала о нём раньше, а муж. С ним она ощущала себя как на качелях. В Стейнауте он дал ей понять, что настоящей семьи у них никогда не будет, что брак рассчитан лишь на год, после чего он разведётся, обеспечив бывшую жену незавидной репутацией. Лил сумела найти в этом плюсы и даже весьма большие плюсы. Снова взлететь вверх, чтобы через какое-то время тут же ухнуть вниз — Вик узнал о подмене. Узнал и был этим поначалу весьма недоволен. Но ночью он неожиданно возвёл Лил в небеса, показав, какими приятными могут быть близкие отношения между мужем и женой. Близкими телесно… и только. В остальном, похоже, его планы на будущее не изменились. Виктор так и не объяснил, почему избегает зачатия. Впрочем, Лилиана не спешила расстраиваться по этому поводу. Значит, всё будет так, как она спланировала раньше и даже лучше. Возможно, они с маркизом расстанутся друзьями, и он окажет ей финансовую поддержку в открытии такого же пансионата, в каком она когда-то училась. Итак, очередной подъём вверх, отчего-то дававшийся не так легко как раньше. Лилиана боялась одного — привыкнуть к Вику настолько, что ей не захочется с ним расставаться, прорасти к мужу чувствами, из-за чего сердце потом будет долго кровоточить.
Да что это с ней? Лежит и сама с собой сентиментальничает. Ах, да! Скоро эти дни, перед которыми настроение всегда немного портится. Грустится не по делу, и всё представляется пусть и не в чёрном, но в каком-то блекло-сером цвете. Как бы сложилась её судьба, не будь подмены? Даже не стоит об этом думать! Прошлое не вернёшь. Но нежелательные мысли упорно лезли в голову. Могла ли она тогда отказаться? Или с порога рассказать Виктору об их с Марианой авантюре?
Лилиана резко села, тряхнула головой. Но внезапно охватившая её тоска не собиралась сдавать свои позиции. Лил вернулась из пансиона, полная самых радужных надежд на будущее. Она хотела жить в родовом замке на берегу у моря. Она так соскучилась по его запаху, виду, вкусу солёных брызг, по рассветам и закатам над огромной водяной гладью. И все её картины остались там, и друзья, и знакомые… А её подруги по пансиону? Теперь она не сможет с ними общаться. Лил судорожно вздохнула и закрыла лицо руками. Из глаз потекли непрошеные слёзы.
— Что случилось?
Тёплая ладонь мужа коснулась её плеча. Девушка закусила губу. Она не хотела, чтобы Вик видел её в таком состоянии.
— Ничего, — как можно уверенней ответила Лил.
— Посмотри на меня, — потребовал муж.
Надеясь, что предрассветные сумерки скроют дорожки слёз, Лил повернулась к Виктору и даже сделала попытку улыбнуться.
Маркиз приподнялся на локте и внимательно глядел на жену.
— Иди-ка сюда.
Мужчина потянул девушку за руку, заставляя снова лечь рядом. Его пальцы нежно обхватили её подбородок, приподняли лицо вверх.
— Ты плачешь?
Скрывать слёзы дальше — смысла не было. Лилиана обняла мужа и уткнулась лицом в его плечо.
