Боярка о русском спецназовце, превращающем изнеженный аристократический молодняк альтернативной Руси в настоящих мужчин.ГГ - не попаданец. Ему не повезло у этого садиста учиться!Магия, бояре и вспышки дульного пламени уже на страницах книги.
Глава 1
Христафор Милорадович Бенкендорф
Великий и ужасный глава Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии с сожалением поглядел в окно на приближающийся Зимний дворец.
— В который раз. — Негромко вздохнул себе под нос он, чему-то грустно улыбнувшись.
Мало кто на этой планете знал, с каким удовольствием бы он сейчас приказал остановить кортеж и прошелся по Дворцовой площади в сторону главного входа в главную императорскую резиденцию. Насладился видом и величием Зимнего дворца, минул арку поста на въезде во внутренний двор… Однако увы, ему было невместно. Как всегда, его кортеж пропустит без досмотра дворцовая охрана, и вновь он окажется у самого входа.
«А иначе не вместно», — повторил он про себя. Ни при его должности. Вот уже не первый год он мечтал переодеться в штатское и найти время на прогулку по дворцовой площади. Вот только уже лет десять все как-то не срасталось. Иные дела были у «Главсатрапа империи», по версии Санни.
Дождавшись, пока охранник распахнет перед ним дверь, он вышел прямо ко входу во дворец. Тоже, кстати, вовсе не для форсу его боец скачет. Это один из элементов безопасности. Шутка ли — за последние годы уже три покушения! Впрочем, пока подготовленные все тем же Коротковым бойцы очень неплохо отрабатывают любые угрозы.
— Ваше сиятельство! — Важно поприветствовал Бенкендорфа Терентий — личный камердинер императора — подтянутый седой мужчина вполне себе богатырской комплекции.
«Он же из села мурманского.», — Припомнил про себя граф. От сохи, стало быть. Но при том на своем месте именно этот человек был просто великолепен.
— Терентий Василич! — Попытался было возразить Христафор Милорадович, явно намекая с какого возраста они были знакомы.
Его возраста. Чемодуров был намного старше.
Однако под строгим взглядом не терпевшего нарушений в протоколе мужчины был вынужден покорно склонить голову. Возражать этому человеку он не мог. Помнил еще, кто их по малолетству уму разуму с Колькой учил. А Колька, на секундочку, император Российской империи. Нынешний.
— Следуйте за мной.
Путь был недолог и знаком. Камердинер вел его в один из тех кабинетов, где ни когда не будет и следа прессы или гостей. Обычное рабочее помещение, обставленное без лишней помпезности, зато предельно функционально.
За столом сидел хозяин кабинета и что-то читал. Не сразу он поднял на посетителя свои голубые глаза.
И, судя по складкам на лбу, именно сегодня не имел он желания демонстрировать свой весёлый характер. Мужчина за рабочим столом был достаточно высокого роста, сухощав, но при этом явно физически силен. Продолговатое чистое лицо его было очень задумчиво.
— Так! — Наконец оторвался от чтения он, поднимаясь с очевидной ловкостью.
Не смотря на семидесятилетний возраст, император Николай V находился не только в полном уме и здравии, но и в прекрасной форме («Впрочем, при нынешней продолжительности жизни — ничего удивительного!», — тут же отметил граф, припомнив, что ему и самому до размена седьмого десятка осталось всего несколько лет). В движениях его и самый внимательный взгляд не рассмотрел бы надменной важности или свойственной молодым да ранним торопливости. Однако от него буквально веяло неподдельная строгостью, которая буквально заставляла вслушиваться в каждое слово, произнесенное звонким сильным голосом.
— Садись, Христо! — Пригласил он своего давнего соратника.
Дождавшись, пока глава его тайной полиции усядется в кресло, он негромко констатировал:
— Совсем беда.
Бенкендорф кивнул. Но не забыл и добавить:
— Доклад Короткова на основании тогдашних тенденций я вам представил еще лет десять назад.
Император глянул на своего собеседника и только усмехнулся:
— Самое время для фразы «Я же говорил!».
Глоток воды помог графу сделать вид, что он таки пытается «скрыть» тщательно, скорее, демонстрируемую усмешку.
— Двадцать пять трупов за одну ночь, нападение на родовитую семью, гибель десятков моих подданных…
Отвечать было не обязательно. Главсатрап и не стал.
— Считаешь это неизбежным злом? — Поинтересовался он негромко.
Бенкендорф пожал плечами. Он свое мнение высказывал не раз. Хотя…
— «Мафия — бессмертна!» — так говорят на берегах Сицилии.
Император только вздохнул. Ему не очень нравилось то, что он собирался сделать. Но и выбора нет. Ситуация запущена и нужно было срочно «привести ее в меридиан», как говорил один их его генералов.
— «Встречный пал» — в работу. — Подушечка пальца самодержца коснулась бумажных листов перед ним. — Доклад каждую неделю лично или по необходимости.
Бенкендорф кивнул и встал с места. Он давно ожидал этого приказа. Слишком уж в империи расплодились преступные группировки, подминающие под себя святое — функции государства.
— И да, Христо! — Окликнул старого соратника монарх. — Ты мне с этим отморозком Коротковым столицу не разнеси! Перед Петром I на том свете неудобно будет!
«А тут уж как пойдет!», — словно наяву прозвучал голос того самого Короткова в голове графа. Однако вслух он сказал совершенно другое:
— Несомненно, Ваше императорское величество.
