Ответа нет. Он мог видеть вертолет, сердитого вида «Pave Hawk», специально модифицированный для работы в спецназе. Человек высунулся из двери с автоматом, когда его доставили; кто-то на земле пошевелился. Вертолет перешел в режим зависания, затем приземлился в нескольких ярдах от обломков «Хинда».
С дороги донеслись выстрелы. Там было с полдюжины иракцев. Что — то вспыхнуло — зенитный ракетный комплекс?
Стрелять в него?
Это сделало свое дело. Мак вонзил клюшку и сделал пируэт в небе, выпуская отвлекающие сигнальные ракеты. Он бы переехал этих ублюдков, если бы пришлось.
Винты специального вертолета MH-60G Pave Hawk продолжали вращаться, пока в него загружали раненых с хлыстовыми травмами. Винты издавали странный вращающийся звук, что-то вроде низкого свиста, как будто сама «Сикорски» приказывала им двигаться дальше.
Паудер помог Лю погрузить носилки в вертолет, когда дверной стрелок выпустил еще одну очередь в общем направлении иракских наземных войск. Что-то просвистело позади него, и Паудер бросился на землю. Гора содрогнулась, и вертолет, зависший менее чем в футе над землей, накренился в сторону.
«Минометы!» — крикнул он. «У ублюдков есть минометы!»
Он вскочил, увидел перед собой Лю и схватил его.
«В вертолет!» — крикнул он. Он подобрал с земли свой пистолет. «Вперед! Вперед!»
Лю начал что-то говорить, но Паудер просто подтолкнул его к «Блэкхоку». Он услышал еще один залп и нырнул вперед вниз по склону.
«Уберите вертолет», - крикнул он. «Это легкая добыча!»
Ублюдки пригнулись, когда он приблизился, но когда Мак приблизился к земле, в сторону склона взлетел минометный снаряд.
Если бы у него только был вонючий пистолет.
«АВАКС «Койот» — это Бронко. Поднимите вертолет с земли! Сейчас же! Они поджарятся. Вперед. Давай. Нет времени геройствовать. Вперед! Убирайся. Господи», - сказал Мак, все еще продолжая говорить, и покатил обратно на север.
«Бронко. К вам направляются два МиГа», - ответил диспетчер системы АВАКС. «Убирайтесь оттуда!»
«Эй, да пошел ты», - сказал Мак, хотя и не нажал кнопку отправки. «Думаешь, я слабак или что-то в этом роде?»
Дэнни мог видеть, откуда они стреляли из миномета. У него была осколочная граната, и он подумал, что, возможно, сможет дотянуться до миномета, если сумеет выдержать какой-нибудь вес при броске. Но это выставило бы его перед иракцами в канаве.
Встать, бросить гранату так быстро, как только мог, пригнуться обратно, сказал он себе.
Это оставит у него две дымовые гранаты. Используйте одну, чтобы прикрыть его отступление вверх по склону. Используйте другую, чтобы обезвредить их, дайте ему возможность метко выстрелить в миномет.
Новая очередь пуль из АК-47 прошила близлежащую землю. Когда миномет просвистел снова, Дэнни бросил дымовую шашку в направлении рва, ожидая, когда она упадет, рассчитывая — надеясь — что иракцы увидят ее и пригнутся. Он отсчитал две секунды, затем поднялся и швырнул осколочную гранату в людей с минометом.
Его колено подогнулось от броска. Граната пролетела всего около двадцати ярдов. Когда он падал, его руки раскинулись, его пронзила острая боль.
Дэнни поплыл обратно по грязи, хватая ружье и прицеливаясь в канаву. Его глаза сузились до щелочек, сжатые новой волной боли в макушке. Он почувствовал себя так, словно кто-то взял гвоздодер и воткнул дюжину шипов в верхнюю часть его черепа без шлема. Он услышал звук, похожий на звук вакуума, подумал, что это, должно быть, миномет, и бешено выстрелил. Когда рассеялся дым, он увидел иракца. Мужчина повернулся к нему с пистолетом, и Дэнни навел свой MP-5 и выстрелил. Пули отбросили его назад, пистолет упал к его ногам.
Миномет лежал на земле, рядом с другим телом.
Где-то в вышине взревел Pave Hawk. Другие вертолеты, другие самолеты, стрельба — звуки слились воедино. Дэнни перестал слушать. Грязь залепила ему глаза. Ему нужен был отдых; это ощущение переполняло его.
Кто-то был у него за спиной.
Дэнни развернулся так быстро, что потерял равновесие. Раненый иракец с трудом поднялся на ноги в двух ярдах от него. Он вытянул руки, безоружный.
Дэнни едва удержался, чтобы не нажать на спусковой крючок. Он хотел этого — он не чувствовал пощады, знал, что ее не будет, если ситуация изменится на противоположную. Было безумно опасно не стрелять, но он не мог заставить себя убить человека, который держал руки поднятыми.
Поскольку Дэнни продолжал смотреть на него, иракец опустил глаза. Он держал руки над головой.
Заключенный был последним, что ему сейчас было нужно. Но он не мог выплеснуть СЛЕЗУ. Просто не мог.
«Иди», - сказал ему Дэнни.
Мужчина не двигался.
«Вперед!» — крикнул он. Он выпустил несколько пуль в воздух, вопя и визжа. «Вперед! Вперед! Вперед!»
Перепуганный иракец, наконец, начал двигаться.
«Убирайся отсюда к черту!» — крикнул Дэнни. «Уходи!»
