— А ведь в самом деле стоит!- согласилась Сандра. — Тиллоттама, мы встретимся с вами на этих ристалищах?
— Да… конечно, — после некоторой паузы ответил за нее продюсер. — Значит, решено. Послезавтра я заеду за вами в гостиницу и повезу на пляж. Жаль все-таки, что вы такие трезвенники!
— А вы рискуете, употребляя алкоголь в такую жару… в вашем возрасте, — не удержалась Леа.
— Дорогая синьора, мой возраст не так уж далек от вашего, — отпарировал американец.
— Тем хуже- преждевременная старость!
Трейзиш закусил губу,и щеки его чуть-чуть потемнели.Чезаре, раскланявшись, поспешил увести Леа.
Трейзиш, сидя за рулем своего «Сандерберда», помахал итальянцам, сбегавшим по лестнице подъезда. Его взгляд задержался на Сандре. Продюсер оскалил в широкой улыбке крупные зубы, очень белые под узкими черными усиками. Сандра остановилась.
— А где же Тиллоттама?
— Не беспокойтесь! Мы сейчас заедем за ней, и вы, кстати, увидите, где я поселился. Завтра вечером я прошу вас быть моими гостями- небольшое новоселье.
От улицы Махатмы Ганди, мимо музея и университета, они выехали к фонтану Флоры.
— Что значит «Сандерберд»?- спросила Леа у Сандры, которую Трейзиш усадил рядом с собой.
— «Буревестник» — одна из моделей «Форда».
— Вам нравится? — не оборачиваясь, бросил Леа американец.
— Нет! Маломощная дешевка! — с беспримерной наглостью ответила девушка.
Чезаре даже подскочил и изумленно воззрился на Леа.
— Этот кар? — снисходительно спросил Трейзиш. — А вы смогли бы справиться с такой машиной?
— Может быть, — ответила, опуская бедовые глаза, Леа.
Автомобиль свернул в широкий проезд, пересеченный под прямыми углами несколькими боковыми проулками. Трейзиш затормозил у ворот небольшой виллы, обнесенной вместо забора плотной изгородью из ровно подстриженных колючих кустов.Он не стал въезжать,а дал нетерпеливый гудок. На ступеньках невысокой лестницы показалась Тиллоттама, обрадованная встречей. Она поспешила к машине. Итальянцы смотрели на танцовщицу во все глаза, не зная, что Трейзиш приказал Тиллоттаме быть наряженной, как принцесса.
Именно такая женщина из сказок Махабхараты или Рамаяны и стояла перед ними, чуть запыхавшаяся от волнения. Яркое алое сари, вышитое золотыми звездами и отороченное такой же каймой, было туго перехвачено широким золотым поясом с массивной квадратной пряжкой, инкрустированной красными камнями. Тяжелая тканая золотая лента свисала спереди, прикрепленная к пряжке. Свободные двойные петли сверкающих бус перекрещивались на боках. Чоли — кофточка, одевающаяся под сари, — была из угольно-черного с узкими золотыми полосками шелка. Ее короткие рукава подхватывались широкими старинными браслетами с рубинами и бирюзой. Еще более массивные браслеты охватывали узкие запястья Тиллоттамы. Две нитки жемчуга, золотой полумесяц на груди, золотые шарики на длинных цепочках в ушах и ажурная диадема, резко выделявшаяся в черных волосах, — все эти драгоценности, даже на неопытный взгляд итальянцев, несли печать большой древности. Сандра решила, что Тиллоттама надела костюм, приготовленный для фильма. Тиллоттама смутилась под устремленными на нее взглядами и обычным очаровательным жестом индийских женщин прикрыла лицо уголком прозрачного розово-лилового шарфа, спадавшего с ее головы.
— Боже мой, это же Шакунтала или Сита! — воскликнула Сандра.
— Вернее, Драупади,- с насмешкой в голосе отозвался Трейзиш, и Тиллоттама, вспыхнув, опустила ресницы сильно подкрашенных глаз.
— Вы сказали какую-то гадость?- вступилась Леа.- Почему вы всегда дразните Тиллоттаму?
— Мне кажется,вы не только дразните,но обижаете Тиллоттаму,-сказала Сандра,стараясь чем-то унизить его. — Берегитесь, так выходит наружу скрытая вина или неполноценность!
Трейзиш побагровел до края воротничка, врезавшегося в плотную шею, и повернулся к Леа с преувеличенным поклоном:
— Позвольте предложить вам руль, дорогая?
Леа,ободряюще кивнув испуганному Чезаре,уверенно уселась на место водителя.
«Буревестник» плавно взял с места, быстро набирая скорость. На перекрестке Леа увеличила ход, постепенно поворачивая руль, и машина повернулась в дюйме от бордюра пешеходной дорожки. Чезаре окаменел, превратившись в статую внимания.
Трейзиш курил, кривя рот, и наконец вынужден был признать, что Леа отличный водитель, с редкой по быстроте реакцией. Сандра давно уже посылала подруге воздушные поцелуи в зеркало заднего обзора.
— Куда теперь? — отрывисто спросила Леа, выезжая на Марин-Драйв.
— Направо, к деревянным воротам с флагами.
Они стали протискиваться через плотную толпу к наскоро сколоченным деревянным трибунам, на которых рассаживалась избранная публика. Немало было красивых женщин в сари, меньше — в европейских платьях. Сандра заметила два основных женских типа. Высокие, величественные и спокойные, с крупными «восточными» чертами лица и светлой кожей- уроженки северных и центральных провинций. Другие- темные, с огромными глазами, круглолицые и невысокие, сходные с цыганами и такие же пламенные, брызжущие весельем,- олицетворяли дравидийскую красоту Южной Индии, ярко выраженную в Тиллоттаме.
