Боль в правом плече, крики, на мгновение кажется, что из меня выбило воздух, мысли, биение сердца. Я резко открываю глаза, делаю глубокий вдох и бью по панели разблокировки.
— Ты что дела-а-а…
Я уже забыла, каково это — когда ледяная вода разом ударяет во все тело и впивается в кожу тысячами игл. На глубине она не просто холодная, она кажется неестественно ледяной, но я хватаю Лэйс за руку, выдергиваю нас из крутящейся в водовороте стрекозы. Нас бултыхает под водой, как игрушки, но все, что я могу сейчас сделать: это просто не отпускать ее руку. Запястье простреливает болью, я же только сильнее сжимаю пальцы. Ныряльщики выбираются из металлической коробки один за другим.
Стоит водовороту чуть уйти в сторону, как я рывком устремляюсь наверх, от Лэйс исходит голубоватое свечение, но мне сейчас не до этого. Мы вырываемся на поверхность, судорожно вдыхаем холодный воздух, глаза сестры — сплошная полыхающая синева.
— Ты еще более безумная, чем я думала! — она кашляет и хохочет. Несмотря на глубокую ночь, на ее лицо вернулась жизнь. Черты больше не заострившиеся — похоже, океанская вода сделала то, что не успели завершить подземные воды в Ведомстве.
Лэйс вскидывает руку:
— Смотри! — Одна из стрекоз зависла над берегом, другая направляется к нам. Осветительный луч шарит по черной воде.
— Эй! Эй, мы здесь! — кричат за моей спиной. — Заберите нас!
Оглядываюсь: ныряльщики откашливаются, бултыхаются в воде, как поплавки. Это последнее, что я успеваю увидеть на поверхности, потому что резкий рывок увлекает меня под воду. Перекошенное лицо Н’эргеса, горящие ненавистью глаза. Он выбрасывает вперед руку, и его пальцы сжимаются на моем горле. Все темнеет еще сильнее, чем сейчас, я тщетно пытаюсь его оттолкнуть, вцепляюсь ногтями в запястье.
Сердце колотится на пределе сил, пальцы сжимаются все сильнее, сильнее и сильнее. Его. Мои, напротив, слабеют, когда из глубины змеей взлетает светящаяся водная плеть, оплетает его тело. На миг в глазах въерха мелькает непонимание, но потом он вцепляется в мою шею второй рукой. Водная плеть на его теле стягивается с такой силой, что глаза въерха почти вылезают из орбит. Хватка на моем горле слабеет, ладони соскальзывают вниз. Я вижу стекленеющий взгляд, который поглощает затягивающая тело Н’эргеса глубина, и начинаю биться в воде. Кто-то обхватывает меня сзади, не позволяя выйти на поверхность, я пытаюсь кричать, но горло обжигает огнем, вместо крика из меня вырываются только пузырьки воздуха.
Это продолжается по ощущениям вечность, потом меня рывком выдергивают на поверхность, я резко разворачиваюсь и вижу рядом с собой Лэйс.
— Прости, — она обхватывает мое лицо руками, вглядывается в глаза. — Прости, Вирна, прости. Этот урод недоделанный чуть шею тебе не свернул, тебя нужно было подержать под водой. Иначе…
— Спаси… бо, — я это сейчас выдыхаю и понимаю, о чем она говорит.
В горло будто битого стекла насыпали, как во время сильной простуды. Я едва могу говорить и дышать.
— Давай. Еще раз нырни. Пока они разворачиваются.
Часть ныряльщиков болтаются на тросе, который сбросила стрекоза, их везут на берег. Еще часть бултыхаются чуть поодаль от нас. К моему облегчению, пилот тоже.
Я делаю глубокий рваный вдох, но Лэйс кладет руки мне на плечи.
— Не вдыхай. Поверь мне. Не вдыхай. Просто погружайся.
Я выталкиваю воздух через силу и опускаюсь под воду. Первые мгновения кажется, что я сейчас задохнусь, а потом меня тоже окутывает странное свечение. Такое же, как было вокруг Лэйс после падения. Эта магия окружает меня как воздушный пузырь или что-то вроде, но в нем я могу дышать, я могу дышать, как на поверхности. Больше того, отступает холод, и раздирающая на части горло боль — тоже.
Невероятно.
Это просто невероятно.
Я провожу ладонью в воде, и от моих пальцев тянется сияющий голубой свет. Несколько мгновений я наблюдаю за ним, а потом, когда вдохи перестают напоминать рваные хрипы, возвращаюсь к Лэйс.
Оглушенная случившимся, смотрю на сестру, а она указывает на трос:
— Остались только мы и пилот. Готова?
— По крайней мере, если я упаду, ничего страшного не случится.
— Да уж, страшнее, чем ты сейчас, точно ничего не случится.
Мы обе хохочем, как безумные, пилот помогает мне зацепиться за трос. Руки кажутся слабыми, юбка облепляет ноги. Я с трудом сжимаю леденеющие вне воды пальцы на витом металлическом шнуре.
— Главное, крепко держитесь.
Я думаю, что превращусь в ледышку, пока нас довезут до берега. Может, и превращусь, только мысли о сестрах, о Лайтнере, о том, что все еще только начинается, заставляет все сильнее сжимать коченеющие пальцы.
Стоит ногам коснуться скользких мокрых камней, к нам подлетает Вартас:
— Сушиться. Обе. Все вопросы потом.
Я успеваю разве что сделать шаг к стрекозе, где уже греются ныряльщики, когда рокот зависшей над нами второй машины усиливается. Не сразу понимаю, что происходит, а когда поднимаю голову, к нам со стороны Пятнадцатого приближаются еще два военных эйрлата въерхов.
— Въерхи! — рычит один из ныряльщиков.
