Нет сомнения, что духовенство российское в первые времена христианства решало не только церковные, но и многие гражданские дела. [Н. М. Карамзин. История государства Российского: Том 1 (1803–1818)]

Главным образом Николя мучило то, что у него никак не хватало смелости объясниться с Еленой в любви, а потому он думал-думал, да и надумал, не переговоря ни слова с отцом своим, предложить Елене, подобно Жуквичу, брак, но только брак церковный, разумеется, а не гражданский. [А. Ф. Писемский. В водовороте (1871)]

Говорят о строгом разделении, разграничении церковном и гражданской сферы. [В. С. Соловьев. Чтения о Богочеловечестве (1878)]

В этих противопоставлениях в современном языке фигурирует только прилагательное гражданский (и даже появилось слово гражданка в значении ‘жизнь вне армейской службы’), а слова гражданин и гражданственный/гражданственность сейчас так не употребляются. Впрочем, и прилагательное гражданский испытывает конкуренцию со стороны прилагательных штатский и светский. Интересно, что сочетание гражданский брак многими современными людьми понимается не в противопоставлении браку церковному, а просто как незарегистрированный брак.

В XIX в. слово гражданин иногда употреблялось и в более широком смысле. В следующем примере из «Записных книжек» Достоевского это просто достойный член общества (в современном языке это слово так не употребляется):

Описание цветка с любовью к природе гораздо более заключает в себе гражданского чувства, чем обличение взяточников, ибо тут соприкосновение с природой, с любовью к природе. Кто не любит природы, тот не любит и человека, тот не гражданин и т. д.

Нестандартно с точки зрения современного языка и такое употребление:

А я, питомец новых идей, гражданин новых поколений, слушаю эти рассказы и споры с голодным вниманием, но – сохрани боже – не с голодным вниманием какого-нибудь беллетриста или фельетонного нравоописателя, нет. [Д. А. Смирнов. Рассказы об А. С. Грибоедове, записанные со слов его друзей (1842–1866)]

Сословная принадлежность к концу XIX в. перестала быть существенной для функционирования слова гражданин. Так, понятие гражданин был ключевым для концепции аграрной реформы Столыпина:

Бодрый оптимизм, наблюдаемый в нашей провинции, совпадает с проведением в жизнь земельной реформы. Я полагаю, что прежде всего надлежит создать гражданина, крестьянина – собственника, мелкого землевладельца, и когда эта задача будет осуществлена – гражданственность сама воцарится на Руси. Сперва гражданин, а потом гражданственность. А у нас обыкновенно проповедуют наоборот.

Это великая задача наша – создание крепкого единоличного собственника – надежнейшего оплота государственности и культуры – неуклонно проводится правительством. [Беседа с Петром Гарвеем 1 октября 1909]

Долгое время крестьяне не включались в число граждан, и важно, что для Столыпина идея города совсем не присутствует в слове гражданин.

Перейти на страницу:

Похожие книги