Либерастия полностью

А здесь похабное название отнесено к целому городу. К одному из тех милых шведских городков, о которых раньше нам рассказывала Астрид Линдгрен. Оказывается, на самом деле все его жители (ну точь-в-точь как все жители России в шедеврах "нашего нового кино"!) - тупое стадо "е....." ничтожеств. Над общим уровнем серости поднимаются только те, кто склонен к половым извращениям. Историческая победа над предрассудками, одержанная двумя школьницами-лесбиянками под сводами общественного сортира, отмечена премией "Тедди" от специального "жюри сексуальных меньшинств" ( Берлинский кинофестиваль). "Несимпатичные и глуповатые существа, толкующие исключительно о сексе, на мой взгляд, не стоят потраченного на просмотр времени, и фильм мне был чрезвычайно скучен" (В. Кичин, "Известия").[2]

На этом искусствоведение заканчивается. Развития характеров, полутонов, вторых/третьих планов и прочего, что отличает подлинное искусство, в фильме Мудиссона не больше, чем в среднем рекламном ролике. Научную (социологическую) проблему составляет общественная реакция. На родине: "Шведский фильм года", национальные премии за все сразу (режиссуру, сценарий, главные роли). Но и в нашей стране на 1 отрицательный отзыв (цитировался чуть выше) приходится дюжина положительных, причем тональность их и пафос анекдотически не соответствуют предмету. "То есть уже до такой степени хочется простого и понятного, про чистую любовь и живых людей, что сил нет. А лесбийская тема - это так, прием отстранения: не можем же мы, в самом деле, всерьез вдохновиться историей про то, как мальчик любит девочку..." ("Время МН").[3]

Одна из фундаментальных догм либеральной социологии гласит: в "открытом обществе" СМИ отражают А - свободу слова; Б - запросы "массового потребителя". О свободе слова мы еще поговорим. Что же до "масс" - получается некоторая расстыковка между народом и теми, кто вещает от его имени. Попробуйте опросить на улице сотню-другую граждан: хотят ли они, чтобы их дети в школе приучались к половым извращениям? Боюсь, социологическое исследование не удастся довести до конца.

Автор этих строк не питает неприязни к "сексуальным меньшинствам". И мог бы сказать вслед за героем Ремарка: "В принципе я ничего против гомосексуалистов не имею, но сказать, чтобы я был так уж за, тоже нельзя. Я знаю, конечно, многие титаны духа были гомосексуалистами, но сомневаюсь, чтобы они так же кичливо демонстрировали это всем и каждому."[4] Преследовать человека за гомосексуальность так же глупо и негуманно, как, например, за кариес или за гепатит.

Обычный читатель пробежит глазами эту фразу - и ни на чем не споткнется. А товарищ, то есть господин, подкованный в либеральной идеологии, возмутится. Как же так? Ведь мировая психиатрия, в отличие от отсталой советской, давно уже признала, что гомосексуализм - не болезнь, а "ориентация", своего рода разновидность нормы. Так же написано и в новом Энциклопедическом словаре: "сексуальная ориентация".