Пэм весело рассмеялась. Сейчас настоящее было слишком желанным, чтобы волноваться о будущем, и девушка знала, что позже проиграет в голове каждое слово с этого вечера и запомнит до конца жизни. Даже если ее жизнь оборвётся в ближайшее время, Пэм будет знать, что сделала все, что могла, чтобы умереть счастливой.
***
Несмотря на отлично проведённое свидание, дышать с каждым днём становилось все тяжелее. Пэм все больше начинала бояться предстоящих событий. Каждый шорох приводил к секундной панике, а каждая близость с Блейком казалась моментом невозврата. Парень пытался отшутиться, что по правилам они займутся сексом только после третьего свидания, но то, что они спали в одной кровати, совершенно не предрасполагало к спокойным ночам. Пэм понимала, что он так себя вёл по большей части из-за беспокойства за ее жизнь и нахождения в постоянном напряжении, но, черт, если уж Блейк думал, что это могли быть их последние часы вместе, разве не логичнее заняться сексом сейчас, а не ждать подходящего времени? Однако, Блейк ее не слышал. Он лишь глубоко и влажно целовал Пэм, доводя до неистовства, а потом, возбуждённо улыбаясь, закутывал ее в одеяло, предвещая все ее попытки сопротивления, и заставлял спать.
Пэм поведала обо всем Беатрис, конечно же, не уточнив, что Блейк так напряжен из-за ожидания ее похищения, и подруга, выслушав ее жалобы, посоветовала подождать, прежде чем начать шутить про явный недотрах. Блондинка может быть тоже посмеялась, если бы не ощущала эту постоянную тяжесть на сердце от ощущения, что она может что-то не успеть до момента «Х».
Но от мыслей о близости с Блейком и подготовки к важной миссии отвлекла всех та, кого Пэм очень хотелось увидеть до того, как ее похитят и подвергнут смертельной опасности.
Мама.
Отец позвонил рано утром, когда Пэм с Блейком мирно спали в кровати после вечерней смены парня. Пэм едва не снесла прикроватную тумбочку, пытаясь нашарить звонящий телефон, но все же, обнаружив его под подушкой, успела принять вызов.
— Алло?
Блейк тут же сел на кровати и напряжённо взглянул на Пэм, словно до этого и не спал вовсе.
— Пэм, вставайте, — послышался голос отца. — Блейку надо выйти сегодня в утреннюю смену. Я уже сообщил Лео об изменениях в графике.
— Что? Почему?
— Вечером приезжает твоя мать.
— А разве она не должна оставаться в Европе?
— Должна, — буркнул отец. — Но, естественно, веселее же подвергнуть опасности всю женскую половину нашей семьи. Она не может быть в стороне, пока на тебя охотятся, а потому только что поставила перед фактом, что сегодня прилетает.
— О.
— Вы меня когда-нибудь доведёте, — тяжело вздохнул Нолан, наверняка закатив глаза и проведя ладонью о лицу.
Пэм не смогла не хмыкнуть. Она была рада, что ее мама наконец-то прилетит, а потому не собиралась подобно отцу возмущаться ее вольности. Девушка ещё ещё пару минут поговорила со своим отца и положила трубку, переводя взгляд на Блейка.
— Пора собираться, — задумчиво сказала она парню. — Ты ведь уже знаком с моей мамой?
***
— О, моя дорогая!
Блондинка только открыла дверь их дома, как мать маленьким ураганом внеслась внутрь, радостно вопя.
— Привет, мам, — прохрипела Пэм куда-то матери в шею, пока миссис Беркет сжимала ее до боли в рёбрах.
— Ты сменила причёску? — отпустив дочку, улыбнулась женщина. — Мне нравится.
Кэссиди Беркет выглядела как всегда прекрасно для своих сорока лет. Копна светлых волос были уложены в элегантную причёску на затылке, а обтягивающее кремовое платье ниже колен и высокие каблуки намекали на наличие отличного вкуса. Ее серые глаза отлично оттенялись ярким макияжем, совершенно не делая ее старше, а лишь раскрывая достоинства.
— Да, я подумала, что розовые пряди — это как-то по-детски, — выдала Пэм, надеясь, что Блейк никаким образом не выдаст настоящую причину перемен в ее образе.
— Ну вот, я давно тебе говорила! А ты все: «Так сейчас модно!» — передразнила дочь Кэссиди.
— Здравствуйте, миссис Беркет, — подал голос Блейк, все это время стоя за спиной Пэм, немой скалой.
— О, Блейк! Как я рада, что…
— Мама, — предупреждающе прошипела Пэм, зная любовь ее матери к излишнему проявлению чувств и не умению держать язык за зубами.
— …ты тоже здесь! — закончила миссис Беркет, будто и не собиралась вывалить на парня весь поток информации о том, как она рада, что ее дочь состоит с ним в отношениях. Вместо этого Кэссиди эмоционально кинулась на шею Блейку, — спасибо, что защищаещь мою девочку. Нолан рассказал мне все, и я…
— Ладно, милая, отстань от детей, ещё успеешь присесть им на мозги, — пробурчал мистер Беркет, заходя в дом с одним из чемоданов в руках. — Там уже на стол накрыли и…
— Я посмотрю, кто-то обнаглел за время моего отсутствия, — Кэссиди окинула мужа пристальным взглядом.
— Я просто очень хочу есть, любимая, а на полный желудок легче воспринимать твою…
— Нолан!
— Твою всеобъемлющую любовь ко всем нам, дорогая!
