Глаз потоптался на месте, потом все же подсел ближе к Алисе, подмигнув ей, открыл свой видавший виды блокнот и начал докладывать.
– Федор Иванович Горелов, пятидесяти восьми лет, священник, а потому просто отец Федор. – Детектив позволил себе чуть улыбнуться. – Был убит в сентябре 2016 года недалеко от дома, где батюшка снимал квартиру. Время смерти 20:35. Убийство странное. Если вкратце, на него напали с бейсбольной битой. Но дело в том, что у нашего батюшки за спиной десантура и Афганистан – просто так он себя избить не дал. Но все же на месте преступления не найдено следов крови преступника, а у батюшки даже костяшки не сбиты.
– Тогда откуда известно, что он сопротивлялся? – удивилась Алиса.
– Синяки! – коротко бросил Олег.
– А что с его синяками? – Девушке это ничего не сказало.
– Они просто есть, – пояснил Глаз. – Удар битой по телу… Это жестко. Перелом или хотя бы трещина в кости. Если очень повезло – сильный ушиб. Но тут только синяки, будто бита прошла по касательной.
– Он уворачивался, – добавил начальник управления.
– Ага, – не слишком почтительно кивнул детектив. – Вообще, орудие убийства не найдено. Но! Батюшку поймали в подворотне, точнее в глухой арке, соединяющей два корпуса многоэтажек. Там на стене неплохая такая царапина по штукатурке, а в ней микрочастицы дерева и лака.
– Батюшка ногой отбил удар, и бита отлетела, – предположил Олег.
– Верно, – снова кивнул его подчиненный. – Вообще, судя по отчету экспертов, святой отец сам нанести ущерб нападавшему не стремился. Только обезоружить и явно с минимальными травмами.
– Значит, он знал нападавшего, – решил начальник управления.
– Похоже на то, – подтвердил детектив. – А теперь загадка. Убит наш батюшка был ударом по затылку. Все той же битой!
На миг все замолчали, анализируя информацию.
– Бред, – первым высказался Олег. – Он знал убийцу. Хорошо, пусть так. Он обезоружил нападавшего. И что? Потом просто повернулся и пошел дальше? Бывший военный с таким непростым опытом? Оставил нападавшего там же, да еще с битой под рукой?
– Ну, – чуть усмехнулась Хель. – Возможно, он все же ударил напавшего. Тот отключился, тогда батюшка и собрался уходить.
– А преступник как вскочит! Как за биту опять схватится! – язвительно выдал ее напарник. – И главное, какой миролюбивый батюшка! Ладно, не хотел он доводить дело до греха, просто отключил напавшего. Но безопасность для таких людей уже не просто инстинкт! Он должен был хотя бы биту забрать. Да и как можно после нападения отправиться дальше?
– Это не бред лишь в том случае, если нападавших было двое, – рассудил начальник управления.
– Ни одной улики, указывающей на это, нет, – напомнил детектив. – Зато есть свидетель. Старушка, которая увидела лишь одного… кого-то, выбегавшего из той арки.
– Одного кого-то? – ехидно повторил Олег. – То есть старушка тот еще свидетель. Описания нападавшего нет.
– Нет, – подтвердил детектив.
– А вообще на него что-нибудь есть? – Начальник управления был явно недоволен. – По этому делу хоть что-то накопали? Кто вел расследование?
– Михайлов. – Глаз опасливо покосился на Олега.
Тот только задумчиво пожал плечами.
– С этим Михайловым что-то не так? – полюбопытствовала Алиса.
Это явно как-то касалось Олега, а значит, и дела Жанны. Девушка предпочитала знать все детали. В конце концов, однажды незнакомка уже врывалась в дом Хель ради встречи с полицейским.
– Витя Михайлов входил в ту самую специальную команду по делу Жанны, – прояснил Олег. Он говорил спокойно, нейтрально, даже несколько дружелюбно. – Неплохой следователь, просто слишком молодой и неопытный. Вдумчивый парень, вообще, только ему напора и упертости не хватает. Но… Если бы тогда команду возглавил он, а не Скобелев… Возможно, пять лет назад убийцу бы нашли.
– Но если он такой неплохой следователь, – робко спросила девушка, – то почему он не раскрыл дело священника до сих пор?
– А вот это хороший вопрос. – Олег вернул на лицо насмешливую ухмылку. – Жги, Глаз. Что там было?
– А много всего, – отозвался детектив. – Я же не только материалы глянул, а еще поболтал с коллегами. Короче, в то время по району прокатилась волна грабежей, тоже были избиения. Сначала думали, что батюшка попал под раздачу: может, увидел что лишнее или узнал одного из преступников. Поэтому его тоже хотели припугнуть, но перестарались.
– А что? – удивился начальник. – Грабежи эти похожи по почерку?
– Не сильно, – охотно рассказывал Глаз. – Бита была, избиения были, но без летального исхода. А главное, грабили не прохожих, а магазины. Подумали, что с батюшкой у грабителей был личный конфликт, полгода разрабатывали эту версию. И кстати, тех архаровцев словили, даже биту изъяли. Подростки пошли по статье. Они легко дали признательные показания – обо всем, кроме батюшки. Ребяток было трое. Два из них отца Федора никогда в глаза не видели. Третий божился, что скорее бы себе руки отбил, чем напал на священника. Потом вообще оказалось, что на тот вечер у грабителей алиби, да и бита не та.
– Как я понимаю, – высказал предположение начальник. – Дальше шли по шаблону – проверяли близких.
