Концертная программа «Ты, я и песня» состояла из двух отделений – в первом звучали народные песни, баллады, шуточные песни, во втором – авторские и современные. Цензура тех лет с трудом пропускала песни таких авторов, как Окуджава, Дольский, но этот барьер удалось обойти, и в программе Жанна пела их песни.
И вот первые гастроли – Ессентуки, Пятигорск, Минеральные воды. Далее более крупные города – Псков, Новгород, Ярославль, Кострома, Владимир, Суздаль, Калининград, Таллинн, Вильнюс, Горький, Казань, Ульяновск, Самара, Саратов, Волгоград, Астрахань, Уфа, Пермь, Свердловск, Курган, Омск, Тбилиси, Батуми, Симферополь, Новороссийск, Керчь, Симферополь, Феодосия, Ялта, Алушта. В каждом городе артисты работали два-три концерта, иногда в один день. Приведенный список городов не случаен – он отражает гастрольную географию дуэта Бичевская – Слободкин в течение всего одного года: с 1976-го по 1977-й. Всего год с небольшим просуществовала их совместная программа, а сколько было сделано! Гастроли были незабываемыми. В Ленинграде зрители аплодировали так долго, что артисты уже успели переодеться, а в зале все стоял гул. Так и прощались с ленинградцами в верхней одежде. В Батуми после концерта поклонники уговорили поехать «посмотреть Грузию». Поехали все вместе: Жанна с Василием, Юлий с женой и еще несколько человек. А там накрыта поляна – мясо, вино. Прием был по всем традициям кавказского застолья и гостеприимства. А что творилось в Севастополе! Город тогда был полузакрытый, приехать можно было только на один день. Моряки Черноморского флота отдавали Жанне честь с кораблей, кричали «Ура!».
Всего за год сотрудничества – почти сто совместных концертов! А по возвращении в Москву – идея записать совместную пластинку. Репертуар подбирался из тех песен, которые исполнялись в концертной программе. В клубе московской парфюмерной фабрики «Новая заря» были сделаны пробные записи, но, увы… Этому проекту не суждено было осуществиться. Весной 1978 года дуэт распался. Отношения Жанны и Василия Антоненко были напряженными, это сказывалось на работе всего коллектива. Пластинка, в которой должны были звучать несколько сольных песен Юлия, несколько сольных Жанны и несколько совместных, так и осталась не записанной.
Несмотря на «железный занавес», в СССР изредка все-таки попадали записи западных артистов. В застойное время, когда с экрана телевидения лилась только официальная советская музыка, все подпольное, запрещенное или труднодоступное было очень востребовано среди ищущей молодежи.
Жанна тоже была ищущим подростком, как известно, в юности она слушала Боба Дилана, Пита Сигера. Но, пожалуй, самое глубинное влияние на творчество и стиль Бичевской оказала американская исполнительница Джоан Баэз, выступавшая в стиле кантри и фолк. Не сама Джоан, а ее записи. В Советском Союзе никто не играл такую музыку, и Жанна загорелась идеей научиться такой манере игры на гитаре. В этом ее поддержала и Ганна Грановская, услышавшая удачное сочетание русской песни с американским фолком.
Путь, на который встала Жанна, соединяя русские песни, американский фолк и кантри, был неисследованным. Тут не у кого было учиться. Жанна ежедневно часами не выпускала из рук гитару, штудируя фирменные аккорды американского кантри и применяя их к своим песням.
Как говорится, вода камень точит, и скоро все удалось. Жанна освоила этот стиль, эту манеру игры на гитаре, она пришлась певице не просто по вкусу, но и по душе: именно этого просило ее артистическое естество – соединения русской песни с современной формой исполнения. Обладая уникальным музыкальным даром, Бичевская не копировала Баэз, не подражала ей, она соединяла свой собственный стиль со стилем Джоан и вытачивала из этого соединения настоящий песенный огонь.
После концерта в парижской «Олимпии» в 1985 году парижские музыкальные критики написали: