«Талант Жанны было невозможно не заметить. Это было что-то уникальное. Я дружила с Высоцким и Окуджавой, но тут было что-то совсем другое: оригинальное, свежее, современное, при этом невероятно глубокое и исконно русское. Моя должность была – редактор эстрадных записей, и по всем параметрам Бичевская, исполнявшая русские народные песни, должна была проходить по другой редакции, через которую оформлялись все „народники“. Но я поняла, что там ее зарубят, начнут ломать. Нельзя ей было записываться у редакторов, писавших наших звезд народной песни. Я рада, что смогла помочь Жанне выпустить этот диск. Вмешиваться и корректировать было не нужно – она пришла и просто записала так, как было нужно. На одном дыхании. Очень профессионально, сосредоточенно. Она четко понимала, как именно должны звучать эти песни. И не ошиблась» (Анна Качалина).
Одна из обложек первой пластинки Жанны Бичевской, выпущенной фирмой «Мелодия». Фото из архива автора
Одна из обложек первой пластинки Жанны Бичевской, выпущенной фирмой «Мелодия». Фото из архива автора
В ту пластинку вошло двенадцать песен – «Казачья притча», «Долюшка», «Черный ворон», «Матушка», «Цветик мой», «О чем задумался, служивый» и др. Пластинка была записана в 1974 году и спустя несколько месяцев появилась в продаже.
Одна из обложек первой пластинки Жанны Бичевской, выпущенной фирмой «Мелодия». Фото из архива автора
Сказать, что ее смели в одночасье, – не сказать ничего. Этот диск просто невозможно было достать. «Мелодия» разослала матрицы этой пластинки по всем своим заводам, и пластинки Жанны Бичевской выпустили не только на знаменитом Апрелевском заводе, но и на Ташкентском, на Рижском, на Ленинградском… Ко всему прочему, «Мелодия» продала лицензию на издание этого диска во Францию, Японию, Чехословакию и Финляндию. Каждый последующий год «Мелодия» допечатывала и допечатывала тиражи. По данным, публиковавшимся в советской прессе, первая виниловая пластинка Жанны Бичевской разошлась тиражом более четырех миллионов экземпляров. В любой другой стране певица с таким тиражом сольного диска стала бы миллионером. Но не в СССР. В бухгалтерии «Мелодии» ей выдали сущие копейки за работу в студии. А сами потом зарабатывали на этих записях колоссальные деньги.
