Ты скажи мне, где цветы, где все маки?Их собрали девушки летним днем.Ты скажи мне, где цветы, где все маки?Собрали девушки, собрали летним днемГде все девушки, скажи? Их не вижу.Провожать они пошли в путь парней.Где все девушки, скажи? Их не вижу.Прощаются они летним днемТы скажи мне, парни где? Где все парни?Не пришли они домой летним днем.Ну а где теперь они, эти парни?Погибли на войне, лежат в земле сыройДа, я знаю, где цветы, где все маки —На могилах у парней все цветы.Да, я знаю, где цветы, где все маки —Горят, горят они как вечные огниВ 80-е годы героиня нашей книги была активным членом советского Комитета защиты мира. Именно активной участницей многих движений и акций, в которых участвовал этот комитет, а не только певицей. Это – десятки выступлений в рамках огромных международных акций, проходивших под лозунгами «За мир во всем мире», «Артисты за мир!», «За ядерное разоружение». Эти концерты-манифестации проходили в Берлине, Кельне, Бонне, Гамбурге, Лейпциге, Вене – на самых больших стадионах, вмещающих тысячи зрителей. Основными активистами этого движения «За мир во всем мире» был Союз свободной немецкой молодежи FDJ. Жанна была единственной певицей из СССР, кого приглашали на эти концерты-манифестации. Творческим лидером тех концертов был, конечно же, знаменитый Гарри Белафонте – американский певец и общественный активист.
Во время фестиваля в Берлине. На сцене – с Гарри Белафонте и участниками концерта «За мир». Фото из архива Жанны Бичевской
«Самым напряженным был мой приезд в Западную Германию в 1983 году. За день до моего прилета для участия в серии концертов „Песни за мир“ произошло событие, которое в свете холодной войны между СССР и США, воспринималось международной общественностью неоднозначно. 1 сентября неподалеку от Сахалина произошла авиакатастрофа, самолет, летевший из Нью-Йорка в Сеул, отклонился от курса и попал в воздушное пространство СССР, а затем был сбит советским истребителем. Погибли все пассажиры и экипаж. А 2 сентября я находилась в Гамбурге, единственная из СССР в составе международной программы. Все ждали провокаций в мой адрес, организаторы даже приставили ко мне телохранителей. Единственным местом, где рядом со мной не было охраны, была сцена» (Ж. Бичевская).
Перед выходом на сцену Жанну попросили принять участие в пресс-конференции.
«Мы были очень напряжены. Журналисты задавали провокационные вопросы, почти все были негативно настроены по отношению к СССР. Певец Удо Линденберг, который тоже присутствовал на этой пресс-конференции, решил пошутить: „Советские танки могут через три дня быть в Берлине!“ На что Жанна парировала: „Удо, вы недооцениваете советские танки. Они могут оказаться в Берлине гораздо раньше!“ Реакция прессы – аплодисменты и улыбки. Жанне удалось разрядить нервную атмосферу» (Валентин Зуев).
