Но было поздно. Заклинание уже сработало, и порыв ветра вместо того, чтобы сдуть пыль, поднял мельчайшие частицы, которые уже опустились на землю, что ещё сильнее осложнило ситуацию.
— Ну вот кто тебя просил? — натянув на нос ворот свитера, дядя Коля уже потянулся к племяннику, чтобы отвесить оплеуху, но вовремя остановился, сообразив, что не следует устраивать разборки при всех.
— Владислав Андреевич, что случилось? Из-за чего произошел обвал? — спросил я у князя.
— Пока не знаем. Охрана говорит, будто сначала послышался негромкий хлопок. Пока всё не разберём, ничего не сможем выяснить. Сейчас ждём кинологов с собаками. Должны вместе со спасателями из Твери приехать.
— Откуда такая пыль? — сморщил я нос.
Мне сразу вспомнился рыбий пузырь, который использовали охотники Новгородской аномалии. Мне бы он сейчас тоже не помешал — дышать тяжело и чувствуется, как пыль оседает в горле и в лёгких.
— Это порода, похожая на мел. Она всегда возникает над залежами кристаллов, поэтому здесь её довольно много.
— Ясно. А сколько человек под обвалом?
— Двенадцать… Надеюсь все живы, — он тяжело вздохнул и помял переносицу.
— Сейчас выясним, — я решительно двинулся ко входу в шахту.
— Саша, стой! Не смей туда лезть! Не хватало ещё чтобы ты пострадал, — схватил меня за плечо князь.
— Я никуда лезть не собираюсь. Просто кое-что поверю.
— Что именно? — он продолжал крепко держать меня.
— Где сейчас ваши люди и можно ли начать расчистку, — пояснил я и освободился из захвата.
— Но как ты собираешься это делать? — не унимался он.
— С помощью своего питомца, — я щёлкнул пальцами, и Шустрик появился на моём плече. — Это мурипорт. Кстати, он есть в вашем каталоге.
Савельев недоверчиво посмотрел на зверька, который фыркал из-за пыли и не обращал на него никакого внимания.
— Хорошо, но я с тобой.
Мы вдвоём двинулись к шахте, однако остальные тут же последовали за нами. Ваня зашагал по другую сторону от меня и шёпотом спросил:
— Ты что-то задумал?
— Отправлю Шустрика на разведку.
— Только не говори, что ты можешь видеть его глазами, — хмыкнул друг.
— Нет, не могу. Такая способность есть только у приручителей магических существ. Я же просто умею слушать. Шустрик мне обо всём доложит.
— Ага, как же. Так я тебе и поверил. Твой Шустрик только щебечет, как птица. Как он сможет объяснить?
— Поверь, я понимаю своих питомцев, какие бы звуки они не издавали, — заверил я.
Возле входа стояла такая плотная пелена, что дальше метра ничего не было видно.
Несколько мужчин подошли к нам, раздали всем маски, защищающие от пыли, и доложили князю, что пытались докричаться до шахтёров, но ответа не последовало. Люди либо слишком далеко от входа и просто не услышали. Либо их завалило, и в живых никого не осталось.
— Я не понял, а где Веригин⁈ — взревел дядя Коля, осматриваясь. — Он отвечает за безопасность в шахте и должен быть постоянно здесь!
— Инженер сейчас подъедет, — сказал один из мужчин. — Он уехал позавчера в Тверь.
— В Тверь? А я почему об этом не знаю? — взорвался он. — Что за своеволие?
Ответа не последовало. Мужчины быстро разошлись, растворившись в тумане. Никто не хотел попасть под горячую руку владельца шахты.
Я приблизился к входу, где виднелись куски осыпавшейся земли, камни, поломанные подпорки и помятая стальная сетка. Втянув носом, я почувствовал запах гари, сырой земли, топлива и… эфир страха. Его было много, очень много. Люди, находящиеся в шахте, находились в панике. С одной стороны, это было хорошо. Ведь тогда получается, что живые в шахте остались. Но, с другой, они очень боялись.
Я мысленно приказал Шустрику найти людей и доложить мне. Взмахнув хвостом, зверёк пропал. Князь Савельев удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал.
Прошло не более минуты, как Шустрик появился на моём плече и быстро заверещал, энергично двигая ушами.
— Ну, что он говорит? — с нетерпением спросил Ваня.
— Люди есть. Он их видел, — пояснил я.
— Они… живы? — несмело спросил князь.
— Да. Живы, но Шустрик не умеет считать, поэтому точного количества не скажет. Мы можем поступить по-другому. Дайте мне лист бумаги и ручку.
Владислав Андреевич велел принести то, что я попросил. И вскоре мне передали блокнот и ручку. В это время к нам подошли все, кто здесь был, и наблюдали за происходящим. На первом листе блокнота, я написал, что мы пытаемся спасти их, поэтому нам нужно знать, где они и сколько их.
Шустрик пропал, сжимая в передних лапках блокнот и ручку. На этот раз ждать пришлось несколько минут. Когда Шустрик вернулся, дядя Коля забрал у него блокнот и прочитал вслух:
— «Нас двенадцать. Мы примерно в трех сотнях метров от входа, в камере слева, сразу за станцией. Замурованы. Тяжело дышать и хочется пить. Один раненный». Фух-х, живы, — с облегчением выдохнул он. — Надо их вытаскивать. Пока будем ждать спасателей, они там просто-напросто задохнутся.
— Баллоны с кислородом есть? — спросил я.
— Есть, но какой от них толк, если…
— Несите сюда! — велел я.
