— Привезите сюда графа Распутина. Если будет сопротивляться, покажите этот документ, — он протянул сверток с гербовой печатью Его Величества.
— Антимагические кандалы? — спросил один из магов.
— Не понадобится, он лекарь. Главное отберите все артефакты.
— Будет сделано.
Когда они ушли, Демидов вытащил чистый блокнот, проверил, пишут ли ручки и пошёл в комнату допросов. Император не хотел, чтобы подозреваемые знали, что он рядом, поэтому глава тайной канцелярии ещё вчера распорядился поставить кресло в углу комнаты и закрыть его ширмой.
— Роман Дмитриевич, Его Величество уже прибыл, — доложил молодой маг, показавшись в дверях.
— Хорошо, проводите его сюда.
Государь был здесь впервые, поэтому очень удивился выбранному месту.
— Роман Дмитриевич, я знал, что вы скромный человек, но даже не предполагал, что настолько, — он с удивлением окинул взглядом обшарпанные стены, неровные деревянные полы и старую мебель.
— На то мы и тайная канцелярия, чтобы не светиться, — улыбнулся Демидов. — С момента заселения мы здесь ничего не поменяли. Даже если кто-то случайно поднимется на наш этаж, то ни за что не догадается, что мы не относимся к Архиву.
— Это верно. Я даже сначала подумал, что меня не туда привезли, — кивнул он. — Кого первого выслушаем?
— Мои люди уже везут Мичурина, а сразу после него поговорим с Распутиным. Сегодня ночью кое-что произошло… — глава тайной канцелярии рассказал о звонке Александра Филатова и о том, как он связался с полицией Торжка и удостоверился в правдивости слов молодого человека.
— То есть сын Распутина мёртв. И он сам отправил его на смерть, — задумчиво проговорил император. — Но… зачем всё это?
— Не буду гадать, хотя у меня есть несколько предположений. Мы узнаем об этом, когда он будет здесь и начнёт говорить под влиянием моего менталиста.
— Хорошо.
В это время доложили, что Мичурин с адвокатом уже прибыли. Император зашёл за ширму с одним из своих телохранителей, а Демидов пригласил Мичурина в комнату допросов, куда адвоката не пустили, а дверь заперли.
— Я не понимаю, что здесь делаю? — всплеснул руками лекарь. — Зачем надо было меня в такую рань поднимать и везти в эту… в эту халупу? — он огляделся, даже не пытаясь скрыть отвращение.
— Фёдор Игнатьевич, это не займёт много времени. У нас к вам всего несколько вопросов, — начал Демидов.
— Давайте уже свои вопросы! Я даже не успел позавтракать. Ваши люди совершенно бесцеремонно схватили меня под руки и чуть ли не силой выволокли из дома.
— Мне кажется вы преувеличиваете, — спокойно ответил Роман Дмитриевич.
— Нисколько! Всё так и было! — выпалил он, раскрасневшись от негодования.
— Тогда предлагаю быстро ответить на все мои вопросы и возвращаться домой, пока завтрак не остыл.
— Давайте уже свои вопросы, — он сложил руки на необъятном животе и прищурил и без того маленькие глаза.
— Вы замешаны в покушении на наследника? — спросил Демидов и внимательно посмотрел на лекаря.
Тот опешил.
— Ч-что? — переспросил он и расстегнул ворот рубашки. Ему явно стало не хватать воздуха.
— Вы участвовали в покушении на наследника?
— В каком это смысле? — он сглотнул и вытер рукавом выступившую испарину на лбу.
— Отвечайте на вопрос!
— Я вообще не понимаю, о чём вы спрашиваете. Какое такое покушение?
— Всё ясно… Женя, помоги Фёдору Игнатьевичу вспомнить, — велел Роман Дмитриевич менталисту.
Тот встал позади лекаря и пристально уставился на его затылок.
— Что вы делаете? Я против! Я не давал разрешения рыться в моей голове! — Мичурин вскочил со стула и торопливо двинулся к двери, но тут из-за ширмы показался император и гаркнул так, что все вздрогнули:
— А ну сядь на место! И только попробуй мешать расследованию: на каторге сгниёшь!
Ошарашенный Мичурин побледнел, затем поклонился государю и молча вернулся на стул.
— Женя, продолжай, — велел Демидов.
Василий Денисович всю ночь не спал, ожидая возвращения сына. Но утром, когда он уже хотел в сотый раз набрать номер, в комнату вошел начальник охраны.
— Чего тебе? — недовольно поинтересовался Распутин. — Тимур ещё не вернулся?
— Ваше Сиятельство, здесь такое дело… новости пришли, — мужчина смотрел на пол, не в силах поднять взгляд на хозяина.
— Что ещё за вести? Говори, не томи! — он был очень раздражён из-за бессонной ночи и потому, что сын не отвечает на звонки с тех самых пор, как добрался до Торжка.
— Позвонили из полицейского отделения Торжка… Тимур погиб, — упавшим голосом оповестил он.
Распутину понадобилось время, чтобы понять смысл сказанного.
— Как… он погиб? Авария? — наконец спросил он.
— Нет. Полицейский сказал, что он напал на Филатовых и в схватке был убит.
— Ясно, — выдохнул он. — А Филатовы?
— Пострадали только два мага из охраны и какой-то бездомный. Остальные…
— ЧТО⁈ Филатовы живы⁈ — Распутин вскочил на ноги и уставился на мужчину безумным взглядом.
— Да. Никто из Филатовых не пострадал. А Тимура убил Александр — сын Дмитрия Филатова.
— Твари! Как же я их ненавижу! — он с силой смахнул всё, что стояло на столе. — Собирайся! Вызывай всех. Мы поедем в Торжок, и я собственными руками сверну шею этому Александру!
