— Что хотел сделать подарок отцу перед казнью. Они обвиняют во всём вас, Александр, — он виновато посмотрел на меня.
Следователь велел отвести Малькова в камеру, а сам пошёл меня провожать.
— Я сейчас же отправлю оперативную группу за Распутиным. По-моему, всё это так глупо. Им бы успокоиться и попытаться хоть как-то реабилитировать свой род, но они не захотели прекращать.
— Если честно, я их понимаю. Сам бы я тоже не стал оставлять безнаказанным своего врага, — проговорил я и следователь настороженно посмотрел на меня. — Я имею в виду, что действовал бы законными методами и обязательно с привлечением полиции, — на всякий случай пояснил я.
Не хватало ещё чтобы следователь начал «вешать» на меня трупы всех лекарей, которые были замешаны в деле с наследником. Мало ли какие у них разборки могут быть.
Следователь пообещал, что будет держать меня в курсе. Надеюсь, теперь он сможет довести дело до конца, а то порядком надоело выполнять чужую работу.
На ужин я опоздал, но Лида как обычно позаботилась о том, чтобы повариха оставила мне еды. Пока я ел на кухне подогретый грибной суп и закусывал пирожком с капустой, Дима рассказал мне о разговоре с Кириллом Поповым — нашим начальником службы безопасности.
Он завтра же собирался поехать в филатовское поместье и решить дела с охраной. Сначала договорились закрыть всю территорию куполом, но, когда Попов примерно прикинул, во сколько это нам обойдётся, дед чуть не подавился от возмущения. Остановились на том, что всю территорию по старинке будут дозором обходить маги.
Доев суп, приступил к десерту — творожному пудингу, и заодно рассказал Диме о Малькове.
— Мне страшно за тебя, — признался он. — Всё-таки я настаиваю на том, чтобы с тобой ходил телохранитель. Если они назначили тебя виновным в том, что случилось, то просто так не отстанут.
— Не нужен мне телохранитель. Рано или поздно они поймут, что проиграли, и им с нами не справиться.
— Рано или поздно? А если будет поздно? Сколько ещё покушений будет, прежде чем тебя оставят в покое? Знаешь что, если не хочешь телохранителя, я сам буду тебя сопровождать, — решительно заявил он.
Я не сдержался и рассмеялся.
— Ну ты и шутник, — отсмеявшись, сказал я.
— Я не шучу, — он строго посмотрел на меня.
— Не хочется тебя обижать, но скажу честно — пользы от тебя не будет.
Дима хотел возразить, но подумав немного, кивнул.
— Ты прав. Я сейчас даже не аптекарь. Без магического источника я обычный человек. Толку от меня никакого.
Он выглядел таким несчастным, что я решил, что надо бы всерьёз заняться поиском способа восстановить его источник. Дима уже довольно окреп, поэтому если я начну экспериментировать, его организм выдержит.
Выпив лечебную настойку и приняв горячий душ, я забрался под одеяло и быстро уснул. Чувствовалась слабость, видимо из-за болезни, но сама она больше не проявлялась. Хотя я за последние два дня выпил столько зелья «Исцеления», сколько за всю свою жизнь не пил. Не было надобности как-то.
Правда, бывали переломы, ожоги, глубокие раны, но я таких случаях я изготавливал средства более узкой направленности. Они помогали быстрее и эффективнее, но действовали лишь на строго определённую проблему.
Сначала мне ничего не снилось. Но потом я сквозь кромешную темень увидел золотой блеск. Сияние становилось всё сильнее, и вскоре передо мной появился золотой саркофаг монгольского хана. Он выглядел настолько реалистичным, что мне показалось, будто он стоит в центре моей комнаты.
Вдруг крышка сдвинулась, и снова показалась статуэтка лошади. Она грациозно спрыгнула на землю и неспешно двинулась ко мне, махая хвостом.
«Алтан-Хасар выбрал тебя. Ты обязан подчиниться и выполнить его волю».
Снова этот голос. Женский голос, от которого исходила властность, несвойственная обычным женщинам. Так говорят царицы.
— Что ему надо? — выкрикнул я, но голос свой не узнал.
Он был глухим и слабым, будто находился за стеклом.
«Ты должен подчиниться», — ответила она и пропала вместе с саркофагом.
Я проснулся. На этот раз мне не было холодно. Наоборот, я весь пылал от жара, и не хватало воздуха. Поднявшись с постели, подошёл к окну и открыл его настежь.
Ветра не было, но температура ночью сильно упала. Надышавшись вволю и немного взбодрившись, я подошёл к графину с водой и выпил сразу два стакана подряд. Похоже, у меня сильный жар.
Я выпил пару ложек Диминой настойки, а следом зелье «Исцеления». Нет, с этим надо что-то делать. Может, к Когану на приём записаться? Пусть просканирует меня или ещё как-то проверит. Мне совсем не нравится то, что со мной происходит. Ещё этот сон.
Я вытащил статуэтку из шкафа и внимательно осмотрел её. Ничего особенного. Но почему она преследует меня во сне? Что она мне хочет донести?
Похоже, я зря взял её. Надо было оставить в саркофаге. Завтра же позвоню Ване и скажу, что хочу вернуть фигурку. Вдруг этот монгольский хан решил, что я его обокрал, и поэтому является ко мне?
А голос… Голос-то женский. Кому он принадлежит? Лошади? Бред. Надо бы побольше узнать об этом хане.
