Мы добрались до вокзала как раз ко времени прибытия поезда. Оставив машину на парковке, взяли в аренду тележку, чтобы не тащить коробки в руках, и покатили к вагонам.
— Та-а-к, нам нужен номер тринадцать, — сказал дед и махнул рукой. — А вот и он.
Мы подошли к вагону, но проводник не спешил открывать тамбурные двери. Из соседних вагонов тем временем выходили пассажиры, но тринадцатый будто пустой. Даже в окна никто не выглядывал.
— Какого лешего он тянет? Здесь же люди ждут! — гаркнул с возмущением дед и постучал кулаком по двери.
Никакой реакции. Тут к нам подошёл проводник соседнего вагона — молодой мужчина с гладковыбритым лицом в форме железнодорожной компании — зеленый мундир и фуражка со значком поезда.
— Странно, почему никто не выходит? Витька говорил, что все места в его вагоне заняты, — он озадаченно посмотрел на нас.
— Так вы уж разберитесь со своим Витькой! Нам из Торжка растения отправили. Нужно срочно их пересаживать, пока не высохли, — дед зло зыркнул на него из-под седых бровей.
Проводник забежал в свой вагон, прошёл через межвагонные двери и открыл нам вход. Ещё на лестнице я услышал испуганный вскрик. Рванул внутрь и увидел, что в тамбуре на полу лежит без движения взрослый мужчина в форме проводника, а за ним в проходе лежат люди. Рядом с некоторыми валялись чемоданы и пакеты с едой.
— Убили… Всех убили, — выдохнул проводник, попятился назад, пока не уперся в деда и, оттолкнув его в сторону, выскочил из вагона.
— Полицию! Вызывайте полицию! — панически завопил он и со всех ног бросился к зданию вокзала.
Мы с дедом переглянулись. И что тут произошло?
Крови или каких-либо увечий не было видно. Люди словно мгновенно заснули и не проснулись. Кое-кто до сих пор сжимал в руках сумочку или газету. Люди явно приготовились выйти из вагона, но что-то случилось. Вопрос: что?
— Ой-ё-ёй, что-то плохо мне стало, — выдохнул дед и завалился вбок.
Я едва успел подхватить его. Придерживая под руку, вывел из вагона, посадил на скамейку и вернулся вновь. К вагону уже начали сбегаться работники вокзала, но я встал в дверях, чтобы никто не смог зайти, и втянул носом.
Ага, попался! Это манарос! От сильнейшего подавляющего сознание эфира я могу защититься, но остальные люди этого сделать не могут. Именно поэтому они отключились, но не умерли, а просто были без сознания.
— Никому не заходить в вагон — работает аптекарь! — командирским тоном прокричал я на улицу и двинулся по коридору, стараясь ни на кого не наступить.
Мне нужно найти манарос и обезвредить его.
Первым делом заглянул в служебное купе проводника, но растений там не оказалось. После этого принялся друг за другом заглядывать в каждое купе. Эфира было столько, что я не мог точно определить, откуда он исходит.
В конце вагона последнее купе было заперто. Я подёргал дверь и понял, что лучше будет сходить за ключом, чем пытаться выломать его. К тому же мне могут предъявить за сломанную дверь.
Я двинулся обратно, чтобы забрать у проводника ключи, но тут в вагон поднялись двое полицейских.
— Посторонний — на выход! — прокричал один из них, указав на меня.
— Я не посторонний, а аптекарь. В купе есть манарос, из-за которого люди потеряли сознание. Если вы не свалите отсюда в самое ближайшее время, то ляжете рядом с ними, — сухо проговорил я, огибая тучного мужчину, который загородил проход.
Полицейские переглянулись, но не сдвинулись с места. Ну-ну, вам же хуже.
— Назовите ваше имя, — один из законников потянулся к дубинке, что висела на его поясе.
— Александр Дмитриевич Филатов. Студент Московской магической академии, — я уже заметил, как побледнели их лица и участилось дыхание. — Если вы сейчас же не выйдете на свежий воздух, то…
В это время один из полицейских рухнул на колени и схватился за голову.
— Всё кружится. Мне… мне плохо, — еле слышно выдохнул он и свалился прямо на проводника.
Второй понял, что сейчас с ним произойдёт подобное, поэтому схватил напарника и вытащил его из вагона. То-то же.
— Больше никого сюда не пускайте! — прокричал я ему вслед. — Пока не обезврежу манарос, яд продолжит распространяться!
— Понял! Уф-ф-ф, — похоже, ему всё-таки поплохело.
Я вытащил из кармана проводника связку ключей и вернулся к запертому купе. С третьей попытки нашёл нужный и сдвинул вбок дверь. В коробках с землей стояли саженцы манаросов.
Одно из растений зацвело. Огромный желтый цветок источал тот самый эфир и сладкий сливочный запах. Это растение можно использовать в различных лекарственных средствах, ведь у него большое разнообразие свойств, но только при особых условиях. И одним из них было то, что его нельзя выращивать в закрытых помещениях типа оранжерей.
Я отломал стебель с цветком, забрал у одной дамы пакет с пирожками и засунул его туда. Крепко завязал и двинулся по коридору, по пути открывая окна во всех купе. Просто нужно проветрить помещение, и тогда сюда смогут зайти лекари и полицейские.
— Выбросьте в мусорку, а лучше сожгите, — велел я и, выглянув на улицу, протянул полицейскому пакет с пирожками и цветком.
