— Выполнишь мою просьбу? — спросила она, когда я вставил ключ в замок и повернул.
— Всё, что угодно, моя королева, — ответил я и подхватил её на руки.
— Вот об этом я и хотела попросить, — рассмеялась она и, обхватив мою шею руками, страстно поцеловала.
Я буквально наощупь занёс её в номер и аккуратно уложил на кровать.
Оторвались мы друг от друга только на рассвете. Ни о каком ужине и речь быть не могло, поэтому перекусили орешками, запили апельсиновым соком и легли спать. Всё-таки утром нам на учёбу.
Проснулся я от звонка телефона.
— Алло, — сонно ответил я.
— Ты что себе позволяешь, паршивец⁈ — послышался голос деда. — Какого лешего дома не ночевал.
— Я уже совершеннолетний и могу себе это позволить, — ответил я, чувствуя, как Лена прильнула ко мне сзади и обхватила руками.
— Но предупредить ведь должен, — его голос смягчился. — Мать с отцом с ума сходят.
Я взглянул на часы — полседьмого утра.
— Я сейчас приеду. Просто поздно освободился и решил переночевать в гостинице.
— И с кем же ты ночевал? — полюбопытствовал он.
Тут Лена, которая слышала наш разговор, привстала и проговорила в трубку:
— Доброе утро, Григорий Афанасьевич.
— А-а, Леночка, — старик Филатов просто расплылся. — Доброе утро, милая. Что-то ты к нам в гости не заходишь.
— Пригласите и я приду.
— Ой, что ты. Зачем приглашения ждать, если ты нам уже как родная. Тебе и твоему отцу мы всегда рады.
— Хорошо. В субботу приду к вам на ужин, — ответила она, чмокнула меня в щеку, вылезла из-под одеяла и, виляя бедрами, двинулся в сторону ванной.
Фигурка у неё, конечно, высший класс.
Я отвёз Лену домой переодеться перед учебой и поехал к себе. Мои родители ни о чём не расспрашивали, но по их улыбкам и взглядам стало понятно, что дед трепло. Ну ладно, пусть знают. Не вижу в этом ничего предосудительного.
Уже когда переоделся, спустился вниз и двинулся к выходу, отец поймал меня в холле и еле слышно спросил:
— У тебя с Леной всё серьезно?
— А что? — напрягся я. Только нравоучений мне не хватало. Всё-таки давно уже не мальчик и сам разберусь.
— Просто имей в виду, что она единственная дочь моего друга, поэтому не хотелось бы…
— Успокойся. Всё будет хорошо, — я похлопал его по плечу и двинулся к двери.
— Что хорошо? Неужели жениться вздумал? — бросил он мне вслед.
— А почему бы и нет? — пожал я плечами и закрыл дверь.
На первом же занятии Сеня всё выведал у меня про Реутов. А потом три оставшихся пары делал предположения, как люди могли столкнуться с манаросом и заразиться от него.
— А если кто-то вместе с дровами в печь в котельной засунул это растения? Дым был в сторону города и люди надышались ядовитым веществами.
— Снова не получается. Я точно знаю, что они его съели. К тому же при сжигании эфир разрушается, — ответил я.
Мы вышли из академии и подняли воротники — дул холодный северный ветер. Если так и дальше пойдёт, то со дня на день выпадет первый снег.
— Твои родители приезжали?
— До сих пор здесь. Видите ли, решили пройтись по театрам и музеям. И что они там не видели? — недовольно пробурчал Сеня.
— Ты не рад, что они здесь?
— С одной стороны рад. Но с другой… я больше не хочу жить по чужой указке. Я хочу сам решать, во сколько ложиться, что надевать, что есть и тому подобное. А-а, — махнул он рукой. — Они неисправимы, поэтому жду не дождусь, когда уедут обратно в Архангельск. Кстати, родители хотели с тобой познакомиться. Приходи к нам завтра в гости? Как раз пятница, можем подольше посидеть.
— Хорошо, приду, — кивнул я.
Мы попрощались, и я сел в машину. Правда даже завести не успел, как зазвонил телефон.
— Алло, Александр? Это Кривошеин, — послышался голос лекаря.
— Узнал, Фёдор Михайлович. Что-то случилось? Лекарство закончилось?
— Нашли! Нашли, откуда ноги растут! — он был явно возбужден.
— Откуда?
— Из муки. Мука с новгородской области на оптовый склад поступила. Оттуда разошлась по пекарням, столовым и ресторанам. Оказывается, этот манарос поселился на поле. Комбайнёр принял за обычный сорняк и вместе с пшеницей собрал. А оттуда на мукомольный завод. Сейчас всю партию изымают.
— А-а, ну да, вполне возможно. Все же ели перед отравлением что-то мучное. В соусы тоже часто муку добавляют.
— То-то и оно. Мы в новостях и по радио информацию прокрутили, чтобы люди избавились от новгородской муки, но чует моё сердце, она ещё всплывёт и не раз, — озадаченно произнёс он.
— Не волнуйтесь, я сегодня же приготовлю средство и отправлю вам.
— Даже не знаю, как вас отблагодарить. Прав был Давид Елизарович Коган — в вас заложен огромный потенциал.
— Спасибо. В благодарность приму чек.
— Сегодня же отправлю к вам курьера с чеком. Обратно он привезёт лекарство.
— Договорились, — ответил я и сбросил звонок.
По пути домой наведался в «Лавровый базар» и купил всё, что необходимо для создания лекарства.
В семь часов вечера приехал курьер. Охранники проводили его до лаборатории, в которой я работал. Молодой веснушчатый мужчина отдал мне конверт, в котором лежал чек на восемь тысяч. Довольно щедро для провинциальной лечебницы.
