— А-а-а, да-да-да, это и есть тот самый препарат. Он помог многим моим пациентам. Благодарю! — он убрал листок бумаги с рецептом в карман и энергично потряс мою руку. — Премного благодарю! Знайте, вы спасли жизни сотни людей.
— Вы могли просто заказать нам такой препарат, и мы бы сами его для вас изготовили, — сказал я.
— Да? А вы разве уже открыли лаборатории? — заинтересовался он.
— Пока нет, но планируем в ближайшее время.
— Это просто превосходная новость, — он расплылся в улыбке и, понизив голос, добавил. — Знали бы вы, как мы истосковались по качественным и, главное, действенным препаратам.
— Я передам ваши слова главе рода. А сейчас хотел бы навестить господина Демидова.
— Конечно, я вас провожу. Он семимильными шагами движется в сторону своего полнейшего выздоровления.
Мы вышли из Ординаторской и направились к лифту. Теперь, когда мне разрешили заходить в Госпиталь, не нужно пробираться окольными путями по узким лестницам.
У палаты по-прежнему дежурили два молодца в полной экипировке и с оружием на плечах. Похоже, готовились к серьезным боевым действиям. Неужели они думают, что кто-то пойдет штурмом на Госпиталь, чтобы добить Демидова? Хотя, судя по тому, что не постеснялись убить одного из людей главы тайной канцелярии и взорвать его самого, предатели ни перед чем не остановятся.
Пока один из них проверял мой паспорт, второй доложил о моём приходе.
— Пусть заходит! — услышал я голос Демидова.
— Проходите, вас ждут, — боец открыл перед нами дверь.
Едва я появился на пороге Демидов поднялся с кровати и двинулся навстречу. Он выглядел значительно лучше с нашей последней встречи и, судя по уверенным движениям, его раны зажили и больше не причиняли ему боль.
— Рад, что ты нашёл время навестить меня, — улыбнулся мужчина и пожал мне руку. — Я же не успел как следует поблагодарить тебя.
Он подошёл к письменному столу, на котором были разложены различные документы, вытащил плотный лист бумаги с гербом империи и протянул мне. Сверху было написано «Дарственная».
— Что это?
— А ты прочитай, — загадочно улыбнулся он.
Я пожал плечами, забрал документ и принялся вслух читать:
— 'Я, Демидов Роман Дмитриевич, паспортные данные…. проживающий… в настоящей дарственной безвозмездно передаю в дар Филатову Александру Дмитриевичу… так-так… принадлежащий мне автомобиль… Автомобиль? — я удивленно уставился на довольного Демидова.
— Да. Я подумал, что тебе понадобится новая машина. Насколько я знаю, с твоей случилась неприятность. А тебе я дарю машину, такую же на которой приезжали за тобой в Торжок. тебе такое надежное средство передвижения точно не помешает.
Я удивленно уставился на него. Я прекрасно помнил эту машину. Массивная, черная, бронированная, с затемненными окнами, высшего класса. Наверняка она стоит очень дорого.
— Благодарю за такой ценный подарок, — я не смог скрыть радостную улыбку.
— Ты спас мне жизнь, а это бесценно. Автомобиль сегодня вечером пригонят к вашему особняку. Надеюсь, он тебе прослужит долго.
— Можете не сомневаться, я буду с ним бережно обращаться, — заверил я.
Я убрал документ в карман и передал ему два зелья «Исцеления», которые прихватил с собой.
Коган, который присутствовал в палате всё это время, поблагодарил меня за рецепт препарата и вышел, сказав, что его ждут другие пациенты. Демидов позвонил кому-то и велел принести нам по чашке кофе.Я рассказал главе тайной канцелярии про Грачёва и о том, что произошло сегодня.
— Нет-нет, это очень рискованно. Лучше я отправлю на вокзал своих людей, — напрягся Демидов. — Распутин рассказал нам о своей попытке разобраться с Грачёвым при встрече в парке. У артефактора с собой смертоносные артефакты, которые он не стесняется использовать по назначению.
— Хорошо. Я предупрежу Попова.
— Давай сделаем так: пусть до полуночи дежурят люди Попова. Я его лично знаю, он опытный человек, поэтому сумеет с Грачёвым справиться, если тот заявится раньше. А вот с полуночи к делу приступят мои люди. Просто сейчас часть из них в разъездах, а часть заняты поисками подрывника. Мне нужно время, чтобы ввести их в курс дела.
— Как скажете, — кивнул я. — Тогда вам лучше самому с Поповым договориться.
— Да, я позвоню ему.
В это время в дверь постучали, и вошла медсестра с подносом в руках. На нём дымились две чашки с кофе.
Мы проговорили с Демидовым несколько часов. Когда я вышел из Госпиталя, на улице уже стемнело.
Когда охранник подвёз меня до дому, я увидел, что рядом с воротами стоит полицейская машина с включенными проблесковыми маячками, и двое полицейских что-то доказывают Попову.
Я вышел из машины и подошёл к ним.
— Что происходит?
— Представьтесь, — на меня сурово взглянул тучный полицейский, не удосужившись поздороваться.
— Александр Филатов. Живу здесь.
— Вы сын Дмитрия Филатова?
— Да, верно. А что случилось?
— Нам нужно зайти в дом и задать несколько вопросов. Однако ваша служба безопасности не намерена сотрудничать, что обязательно повлечет тяжелые последствия, — он многозначительно посмотрел на меня.
— Это ложь. Я всего лишь хотел проверить подлинность вашего удостоверения, — сухо ответил Кирилл.
