— Конечно! Столько денег на это потратил. Только толку никакого. Говорят, от этих личинок ещё нет средства. Какая-то африканская зараза. Даже не знаю, что делать. У меня же работников два десятка. У всех семьи. Если твари снова все саженцы сожрут, то я даже зарплату им не смогу заплатить.
— Могу помочь, — я подал голос.
Дед и пузан удивленно переглянулись.
— Сделаю средство от ваших личинок, — продолжил я. — И не только от них. После обработки ещё лет десять паразитов не будет.
— Ну не знаю… — с сомнением протянул Кузьма. — Столько всего уже распылил и разбросал, а им хоть бы хны.
— Давайте договоримся так. Я продам вам средство за тысячу рублей. Если паразиты снова появятся — верну вам эту тысячу. А если нет, то после сбора урожая заплатите ещё две. Договорились? — я протянул руку.
Видя сомнение друга, дед поддержал меня.
— Кузьма, ты ничего не теряешь. Как сказал мой внук, если паразиты вернутся, ты получишь деньги обратно.
— Ладно, — пузан пожал мою руку. — Делай своё средство. Завтра я буду в городе до обеда. Успеешь?
— Конечно.
Мы с дедом продолжили путь, но я то и дело ловил на себе его внимательный взгляд. И чего он так пялится? Неужели для изготовления отравы от насекомых требуются специальные знания? И это странно, ведь род-то аптекарский. Должны же владеть элементарными знаниями.
Вскоре мы были уже дома. Дед спустился в подвал, чтобы проверить, как высох боярышник, а я завалился на диван в гостиной. Недостаток маны сказывался на самочувствии.
Вскоре из открытой двери подвала донёсся голос деда:
— Шурик, а ну иди сюда! Ты хоть понимаешь, что натворил?
Я нехотя поднялся с дивана, ощущая неимоверную усталость, и спустился в подвал.
— Ты о чём?
— Об этом! — он ткнул пальцем во внутренности змеи в холодильнике. — Ты выпотрошил маназверя!
— И что?
— Как это «что»? Проверяющие могли домой к нам заявиться, — продолжал возмущаться он.
— Но ведь не заявились же, — спокойным голосом ответил я и втянул носом эфир, исходящий от потрохов змеи.
Идеально подойдет для создания отравы от паразитов. Надо только несколько трав добавить, чтобы усилить эффект. Можно было бы заняться этим прямо сейчас, но маны больше не осталось, и это плохо. Нужно придумать, как восполнять её.
После ужина, состоящего из жареной картошки и маринованных овощей, я поднялся в свою комнату и после физических упражнений, быстро вымотавших меня, завалился в кровать с одним из учебников Насти. Мне предстояло многое узнать, поэтому решил не терять время зря и продолжать заниматься самообразованием. Однако учебник оказался настолько скучным, что меня хватило на пару десятков страниц. Подложив его под подушку, я быстро заснул.
Утро началось с пробежки по лесу и контрастного душа. Кстати, душ я оценил. В моём мире мылись либо в ванне, либо в водоёме, либо просто под дождём, поэтому сильные струи воды бодрили и здорово массировали натруженные мышцы тела.
Весь день я провёл в лавке, помогая делать деду какую-то «инвентаризацию». На самом деле мы просто всё перебрали, часть приправ выбросили, остальное взвесили и упаковали в бумажные пакетики. К тому же составили список того, что необходимо собрать, и в каких количествах. Некоторые чаи плохо продавались, другие же были просто нарасхват.
Когда мы с дедом вернулись домой и снова спустились в подвал, чтобы высушить оставшиеся растения, сверху донёсся звук дверного звонка. Послышались голоса, и вскоре из приоткрытой двери подвала показалась голова матери.
— Сашка, к тебе Ваня пришёл.
Я порылся в памяти и узнал, что Ваня — лучший друг владельца тела, студент Тверской магической академии. А Тверь, ближайший крупный город расположенный не так далеко от Торжка.
Для прошлого владельца моего тела вход в академию был закрыт из-за отсутствия маны. Что делать в магической академии, если маны на донышке? Сначала Саша очень горевал по этому поводу и пытался всем доказать, что даже без магической энергии сможет учиться, и пошёл на вступительные экзамены. Но с треском их провалил, не сумев показать ничего даже из минимального набора необходимых умений и способностей.
— Выкину это, пока нас не засекли, — еле слышно проговорил дед и потянулся к змеиным потрохам, когда я двинулся к лестнице.
— Не смей! — прикрикнул я и посмотрел на него из-за насупленных бровей. — Они мне нужны.
— Ладно-ладно. Что орать-то сразу? Совсем распоясался — голос на деда повышает. Вот выпорю, будешь знать, — пробурчал он, но холодильник закрыл и занялся сухим боярышником.
Я снова поймал на себе его странный взгляд. Неужели старый пройдоха о чём-то догадывается?
Поднявшись в дом, увидел Ваню. Ростом он был примерно как я, но шире в плечах и атлетически сложен. Сразу видно — спортсмен. Мне бы тоже не мешало подкачаться, а то рядом с ним я выглядел как фонарный столб.
Мы пожали руки, и я пригласил его в гостиную, где мать уже накрывала на стол. Настя тоже была здесь и, уткнувшись в журнал, рассматривала разряженных девах.
