Дауль и вторая работница мойки бодро мыли тарелки. С экранов телефонов, что стояли на стеллажах для посуды, на меня взирали чуть размытые лица их родственниц. Я неуклюже помахал им и принялся разбирать чашки с блюдцами. Собрал небольшую башенку и чуть помялся в дверях, будто что-то искал, а сам в это время прислушивался к звукам извне. Как только Ёнхён оплатил свой дурацкий суп и фрукты, я позволил себе выйти.
У кассы меня ждала менеджер Ким. Вид у нее был недовольный. Она уперлась локтями в столешницу и, чуть выгнув брови, смотрела, как я ставил чашки на кофемашину.
– Почему Совон на кассе? – спросила она достаточно громко, чтобы я услышал, но недостаточно, чтобы кто-то еще стал свидетелем диалога. – Она тут меньше недели. Какая касса? А если будет недочет? С твоей зарплаты брать?
– Но недочета же нет? – выдохнул в ответ я.
– Уверен?
– Этот парень расплатился картой, так что да. – Я повернулся к ней и попробовал выдавить из себя вымученную улыбку. – Пусть учится. Кто-то же должен, раз Пак Мина – идиотка.
– Тц. – Менеджер Ким сменила свой гнев на милость и тоже улыбнулась. – Потише, она же на линии.
Я только отмахнулся. Будто это было проблемой…
Как-то сонбэ после перекура дала Пак Мине записку со словами, чтобы та открыла ее дома, когда вокруг никого не будет. Та решила, что тоже выйти на перекур и прочитать – потрясающая идея, а когда вернулась, забавно протянула:
– Сонбэ!.. Ну, бли-и-ин! Я думала, что там что-то милое!
Сонбэ же начала смеяться и проговорила уже вслух:
– Тупица!
Когда я спросил, что она написала, то в ответ не получил чего-то нового:
– Просто что она идиотка.
Это было какой-то нормой – называть Пак Мину дурой. Казалось бы, фигня идея, но нет, этим занимались практически все: кто-то говорил ей это прямо в лицо, а кто-то, как я и менеджер Ким, за спиной. Ее глупость была порой раздражающей, а не умилительной, но чувство такта заставляло вовремя закрыть рот.
Только вспомнили о ней, как она скучающе подплыла к нам. Наверное, хотела посидеть в телефоне, но, завидев менеджера Ким, спрятала руки за спину и притворилась, что занимается чем-то полезным.
– А кто на линии? – менеджер обратилась к ней.
– Совон. – Пак Мина брезгливо поджала губы. – Там нет людей.
– Плохо! Давайте улыбайтесь, чтобы люди примагнитились!
– Вам просто надо выйти покурить. – Я тоже уперся локтями в столешницу у кассы. – И сразу аншлаг будет.
– Пф-ф, – она устало выдохнула. – Один человек пришел? Какое достижение…
– Зато какой красавчик! – Пак Мина явно оживилась. Встала подле меня и заговорщически пригнулась к менеджеру Ким. – Скажите же, что похож на актера!
Мы уже втроем уставились на Ёнхёна. Тот же как ни в чем не бывало ковырял палочками в тарелке, не особо горя желанием есть то, что ему налили. Хотя зря. Супы у нас всегда были действительно вкусными.
– Не знаю, как по мне, – я зевнул, – похож на какого-то самодовольного идиота.
– Джихо! – Менеджер Ким округлила глаза. – Потише.
Оттолкнувшись от столешницы, я взял свой стакан и уперся плечом в стену около кулера. В глотке противно пересохло. Тут рядом замаячил Сом И. В последние дни он вел себя довольно тихо. Видимо, в нем взыграли совесть и чувство стыда. По крайней мере, я трактовал это так.
Смерив его снисходительным взглядом, я принялся жадно пить, а потому не сразу заметил, как Ёнхён оказался у кассы, смотря прямо мне в глаза. Утерев рот тыльной стороной ладони, я прищурился и, скорчив недовольное лицо, пошел обратно на мойку. Не любил, конечно, нагружать Дауль лишней посудой, но лучше пусть хорошенько вымоет мой стакан, нежели я буду чувствовать на себе пожирающий взгляд хитрого лиса.
– Джихо, встань на кассу! – Менеджер Ким заглянула к нам. – Хватит отлынивать! Гость ждет!
Так и хотелось сказать что-то в духе: «Ну ма-а-ам!»
Я нехотя все же вышел, но даже не пытался улыбаться. Ёнхён меня обидел, так подло пропав после встречи с тхеджагви. Неужели написать сообщение в духе: «У меня дела, поговорим позже» – так сложно? Глупые бессмертные существа, совсем не понимают людей.
– Вообще-то, – осторожно начал Ёнхён, обращаясь к менеджеру Ким, когда я уже подошел к кассе. – Я хотел поговорить с вами.
Вся радость ушла с ее лица. Наверное, для нее это было точно удар под дых или что-то типа того. Обычно в такой ситуации люди хотят выразить свое недовольство. Нагрубить, заявить, что в их супе плавал волос, или отругать какого-то работника. Ну а иначе зачем им понадобился главный в заведении? Хвалили нас редко, да и то лично.
Я видел, как менеджер Ким вся напрягалась и демонстративно выпрямилась, готовясь принять на себя любой удар со стороны Ёнхёна. Мне же казалось, что он явился, чтобы выкинуть очередной тупой финт. Правда, чтобы что? Впечатлить меня? Показать, какой он классный? Глупо как-то… я бы точно не стал растрачивать свои внутренние ресурсы на такое.
– Что-то случилось, господин? – спросила она осторожно, будто проверяя почву.
– Я по поводу одного вашего работника. – Он не стал к ней подходить, остался стоять у кассы. – Про вот этого молодого человека.
