Мы ждали наш заказ в «Тануки». Это было наше любимое заведение. Мы днём встречались там, в Антошин обеденный перерыв. Мы проводили вместе его обед, вечер в «Pro-Sport-е» и иногда ночь в «Рае». Я его отобрала у жены больше, чем наполовину, и, как сказала Машуля «Лексус бы он точно уже ей новый купил».
Он разговаривал по телефону, а я слушала его голос. Как мне нравится его манера разговаривать.
Принесли его роллы и суп. Я ждала свои. Как мне нравится, как он кушает. Мне вообще всё в нём нравится: как он одевается, как он ходит, как он водит машину.
– Что?
– Ничего… Антош.
– Что…
– Я боюсь в тебя влюбиться…
Он тоже долго смотрел на меня.
– Ты, когда одетая, я хочу тебя ещё больше.
Конечно, он знал обо мне всё, в отличие от мужа. Он даже знал нашу с мужем историю… любви, которая уже переросла в ненависть. «Вы друг другу богом даны, вот увидишь. Просто так не бывает».
Если б он прочитал эту книгу, он бы даже смог её дополнить: настолько много мы общались. Мы не только трахались, а ещё и разговаривали. Я даже не знаю, чего больше. Нам было очень хорошо и легко вместе.
– Мне надо перед работой заехать в солярий.
– А… Я забыл сказать… Я сегодня ночью дома… Я не заеду к тебе в «Рай».
Что выбрать: секс или солярий?
Мне в голову пришло неожиданное решение.
– Тогда нам надо сегодня заехать немного по другому адресу.
– Куда?!
– Увидишь.
Я объяснила ему, куда ехать. Никогда за руль не сяду, хоть режьте меня, хоть бейте. Я никогда не запомню, где какие улицы, где можно ехать, а где односторонка!!!
Мы разделись и зашли в двойной солярий. Там бы три человека поместилось. Похоже, мы тут будем постоянные клиенты.
Его тело так красиво смотрелось в свете сиреневых ламп. Оно идеально.
Я провела ногтем от шеи по груди и до трусов.
– Ты чего, замерз? – я сняла с него трусы. – Вообще-то, у нас есть целых десять минут.
– Ты думаешь, я дурак что ли? Ты думаешь, я не понял, что ты ещё с кем-то спишь?!
– Это твои домыслы и догадки. Я к ним никакого отношения не имею.
Ни за что не признаюсь. Даже если он меня поймает за руку, я скажу, что это не моя рука.
Пока я это не озвучу, не скажу «да, это так», это будут только его проблемы.
– Мне кажется, ты мне всё время врёшь!!!
– Вот именно, тебе кажется. Креститься надо.
– Мне надоело тебе что-то доказывать. Я для себя всё решил. Мы утром едем подавать на развод.
– Ну, если ты для себя всё решил… То тогда, конечно.
Мы легли спать. Конечно, можно было бы сейчас всё исправить, к нему пристать… В общем, «помириться».
Но у меня сегодня уже был секс, час назад. Там – грех не заметить, тут – грех не понять…
По его дыханию в темноте я чувствовала, что он не спит. Он ждёт этого. Ждёт, что я залезу к нему под одеяло. Это значит, он уже готов мне всё простить.
Но вместо этого я пошла в ванну, включила воду и от души поплакала.
Я запуталась. Я сама не знаю, что мне нужно. Что хочу, я знаю. Я хочу всего, всех и сразу. Я потерялась во всём этом…
В чём Дима виноват? За что я так его?
Правильно. Надо его отпустить. Он не заслуживает такого, чтоб его постоянно обманывали.
А я? Так мне и надо…
Я не могу быть нормальной. Мне постоянно всё нужно. Сегодня я буду клясться, что он и только он мне нужен. И это правда. А завтра я не откажу Антоше… Или ещё кому… И это тоже будет правда.
Да. Я сама себя наказала.
Это было очень молчаливое утро. Мы оба были сонные, потому что оба всю ночь не спали. У обоих болели глаза. Но мы оба делали вид, что у всех всё в порядке. У него тряслись руки, а мне хотелось плакать и не давать ему завести машину, выкинуть ключи в окно, и чтоб их утащила собака.
Но так мне, дуре, и надо. Так и надо! СЕЙЧАС он уйдет и его больше никогда не будет в моей жизни.
А какой он офигенный. С ума сойти… Он заслуживает лучшего. Любая будет за ним бегать, стирать ему носки руками и заглядывать в глаза. Да, он заслуживает этого, а не меня.
Это лучший мужчина, который был в моей жизни. И он – правда – заслужил лучшего.
– Зайдешь в «Сбербанк», заплатишь госпошлину за развод?
Какое страшное слово «развод»… За ним прячутся слёзы и боль.
«Сбербанк» работал, как обычно. Сука, чтоб его молния ударила. Светил своим бездушным светом, от которого резало мои заплаканные за ночь глаза. Приветливые девочки в зеленых галстуках улыбались своими глупыми улыбками, а я только что своими руками заплатила 200 рублей за свою испорченную жизнь. Для меня эта бумажка была, как билет вникуда.
Я сама всё разрушила, и некого в этом винить.
Я не знаю, как это произошло. Может быть, от растерянности я забыла открыть стекло, а Дима, по странному стечению обстоятельств, именно в этот момент распылил полироль. Я решила прикурить сигарету, и раздался взрыв. Стёкла в машине просто вынесло. Это был тепловой удар. Сигарету отнесло на заднее сидение. Машина вхлам, а нас ни царапинки!!! Брови и ресницы только слегка подпалило.
Мы были в шоке.
Конечно, до загса мы не доедем. Ну, вообще никак.
Я дала волю чувствам. Я зарыдала. Мне хотелось кричать, а я только тихо прошептала:
– Спасибо.
Я его не отдам. Никому и никогда.
