Была ещё одна причина для такой поездки: почему-то я чувствовала, что так надо. Я не могу это объяснить, но всё складывалось так и никак иначе. Какие-то особые знаки и обстоятельства. Какое-то особое тонкое чувство, от которого подводит желудок. Моя мама-интуиция не просто пилила меня, а уже откровенно грызла каждый вечер, и я ничего не могла с этим поделать. Мне оставалось только покориться. Ладно, надо – значит, надо.
– Поехали в Челябинск. Я хочу взять твою фамилию, – повисла я у мужа на шее.
Родной город нас встретил противным мокрым мелким снегом и серым небом. Пришлось нехотя надеть куртку. Я была разочарована. Можешь меня корить, как хочешь, но я не люблю свой город, где мне довелось родиться. Для меня он слишком серый. Большой, но какой-то рабочий и безрадостный. Повсюду тоскливые пятиэтажки, исписанные граффити бетонные заборы и разбитая неприглядная набережная. Даже безликий центр явно кричит о том, что «этот город не создан для безмятежных гуляний». Здесь можно только легко зарабатывать большие деньги и тратить их в торговых центрах, коих настроено великое множество. Особенно в центре. По-моему, их тут штук 15 на километр. Огромные, трехэтажные… А больше здесь делать нечего.
В общем, не рада я была видеть родной город.
А за спиной… За спиной я оставила…
За три дня мы увидели смену трех сезонов. Когда я уезжала с моря, в которое я даже не закинула монетку, зная, что я скоро вернусь, там было ещё лето. Все ходили в футболках и даже не думали о тёплых вещах. Самые смелые даже купались, но, в основном, это были загорелые подростки и голодные до моря и солнца приезжие, которые часами сидели в воде, подогнув ноги и торча из воды только одной головой…
На второй день в дороге мы встретили самую настоящую золотую осень. Такого ты не увидишь в городе. В одном, особенно живописном, месте мы волей-неволей остановились и вышли из машины. Жёлтые и красные мокрые листья падали на чёрную холодную землю, уже усыпанную разноцветным ковром. Низколетящие птицы и особенно холодный, но чистый и свежий, воздух рождали до боли лирическое настроение, как будто сама природа шорохом листьев шептала уже полузабытые стихи Пушкина, Есенина и Фета. Хотя природа, как будто бы, засыпала и готовилась к долгой колючей зиме, у меня появилось дикое, просто непреодолимое желание жить.
Иногда бывают такие минуты, когда ты, как будто, останавливаешься и понимаешь «ради чего всё это». Вот тогда ты по-настоящему мудр и счастлив.
А на третий день также резко настала зима… Мы въехали в царство снега, метели и холода…
Вот так мы прожили год за три дня!
– Неожиданно всё это, да?
– Да, а помнишь, как мы уезжали?
– Да. Похоже, с того времени мы стали старше на целую жизнь.
Полузаспанными глазами мы смотрели вперёд, на дорогу обратно в Челябинск…
Мы получили свежие впечатления, настоящие краски жизни и любовь… Я старалась даже не вспоминать, с чем мы уезжали… по этой же дороге.
Это приключение подарило нам миллион. Миллион секунд счастья. Мы постоянно, как прилежные ученики, проходили важные уроки жизни и, похоже, что сдали все экзамены на «пять».
Интересно, а кто ещё сможет так? Наверное, мы одни из тысячи.
– Три недели.
– Что «три недели»?
– У вас три недели уже.
– Три недели чего???
– Девушка! – видно было, что тётенька-врач немного психанула. – У вас три недели беременности!!
– Неееееет… Это у меня акклиматизация! Я съездила сначала с юга на север, потом с севера на юг, потом снова с юга на север вот и… Понимаете?
Примерно, тоже самое я объясняла Маше у неё на занятии два дня назад, что не может такого быть. Как и все люди, я верила в то, «что с кем угодно, но не со мной может быть такое!». Это слишком неожиданно, чтобы быть правдой. Жизнь таких сюрпризов не преподносит! Ну, только, если в книгах… Так не бывает!
Тётенька-врач устало вздохнула и протянула черно-белый листок фотографии, где ясно было видно чёрную крошечную точку в левом верхнем углу.
– Вот! – ткнула она в неё пальцем с накрашенным ярко-красным ногтем, – ваша акклиматизация! Рожать будете?
– Буду, конечно! – обиделась я на неё.
Она долго заполняла какие-то бланки и что-то мне говорила, но я её вообще не слушала.
Я попала в чей-то глупый сон, похоже… Или нет, это просто пишут сценарий для бразильского сериала… Ну, или мексиканской мелодрамы, но это происходит не здесь и не со мной. Быть такого не может. Такого просто не может быть. Это, получается, я стану мамой, а Дима станет папой. И у нас будет ребёнок. Капец, блин… Он будет сначала маленький, будет лежать и плакать, потом начнет ходить и говорить, а потом пойдёт в школу, а потом вообще вырастет… Аффигеееть… Так бывает, чтоли?
Вот так и загадывай желание!!!!
Но я не готова… Я боюсь… Ты себе не представляешь, как!
– Ну, как, нормально всё? Ты какая-то бледная!
– Да вообще замечательно!!! Это ты сделал!!! Сам виноват!!! Поздравляю. Ты скоро будешь папой…
Всю дорогу мы ехали молча. Дорога из Копейска мне показалось очень длинной и, как будто, незнакомой.
