— Да. Спрашивал, давно ли я тут сижу. Мне голос его сразу показался знакомым, только я не поверил… А вот он меня не узнал. Видно, принял за одного из лживых проповедников, что именем Богоборца клянчат у прохожих деньги.
— Когда он здесь был?
— Часов у меня нет. А и были бы — не разглядел… — Слепец развел руками.
— Хотя бы примерно.
— Ну, час назад. Или два часа.
— Он был один?
— Кажется, да.
— И куда ушел?
— Туда, откуда пришли вы. Разве вы не вместе?
— Нет… — Глеб озирался. — Белиал хочет меня убить. Я бегу от него.
— Да ну? — удивился Драмур. — Бывает, конечно… — Он вздохнул, пожал плечами. — Друзья становятся врагами, а враги превращаются в союзников… Вот как Большой Жорж…
— А ты, Драмур, все еще мой друг?
— Да, господин… — улыбнулся нищий и вновь потянулся руками к лицу Глеба.
— Если Белиал вернется, постарайся пустить его по ложному следу. — Глеб отступил на шаг.
— Хорошо, попробую. За прошедшие годы я здорово научился врать, — слепец вздохнул, покачал головой. Улыбка его сделалась робкой, неуверенной.
— Спасибо тебе, — сказал Глеб.
— Вам спасибо, господин… Когда-нибудь… Когда-нибудь вы же вспомните обо мне, о вашем верном Одноживущем товарище. Вспомните, правда? И снова вернетесь?…
— Да… — Глеб разрывался. С одной стороны, ему не терпелось поскорей убраться отсюда, раствориться в Городе, спрятаться среди людей, как можно дальше от этого места, от рыскающего здесь Белиала. С другой стороны, он хотел бы побеседовать со старым солдатом, убедиться, что они действительно когда-то были знакомы, узнать что-то новое о себе и о Белиале.
Прихватить нищего с собой?
Он будет обузой. Кажется, он не вполне нормален, он привлечет внимание, его запомнят…
— Я еще вернусь, — пообещал Глеб. — Где тебя можно найти?
— Здесь! — притопнул ногой Драмур. — Каждый день, кроме ярмарочных, я сижу на этом ящике и рассказываю людям о Богоборце. Они посмеивались надо мной, но я всегда верил, что снова тебя увижу, господин! Я-то знаю, что легенды не врут! Врать может один человек, но целый народ врать не может! И ты дашь мне еще одну жизнь! Я верю! Я всегда это знал!… — Нищий опять кричал, и Глеб, ободряюще хлопнув его по плечу, повернулся к ждущему гончару.
Их взгляды встретились.
Гока был бледен. Правая щека его дергалась.
— Вы — Богоборец? — заикаясь, спросил он.
— Ну да, — кивнул Глеб, стараясь не засмеяться — смех бы вышел невеселый, неестественный, ехидный и злой. — Только никому об этом не рассказывай!
Тел ночных грабителей уже не было; должно быть, все же объявившийся патруль наткнулся на трупы и направил сюда похоронную команду, чтоб не смущать обывателей. А может, привычные к ночным происшествиям обыватели, которых непросто было смутить, сами позаботились о мертвецах. А вот с кровью возиться никто не стал, кровавые лужи и подтеки в трущобах были делом обычным. Смывать их — все равно, что вытирать утреннюю росу…
— Вы появились здесь, — пояснял Гока, тушуясь и стараясь не смотреть Богоборцу в лицо. — Сперва был туман… Вернее, воздух стал колыхаться, словно в жару, засветился, а потом уже появился туман. И вы в тумане. Вышли — и прямо на грабителя с кинжалом…
— Да, я вспомнил, — Глеб все уже осмотрел и теперь хотел куда-нибудь убраться. В сточной канаве он обнаружил тушки сусликов, и ему стало понятно, каким образом его нашел Белиал.
Как знать, может, и сейчас какая-нибудь затаившаяся мышь-полевка уставилась прямо на него, словно крохотная камера видеонаблюдения…
— Мне надо идти, — сказал Глеб. — Если увидишь здесь незнакомых Одноживущих, если тебе покажется, что они кого-то ищут, — спроси их имена. Если это будут Ирт, Горр или Фива, передай, что я жду их на месте, куда они должны были меня отвести. Они поймут. А если увидишь здесь Двуживущего мага… тогда… постарайся, чтобы он не увидел тебя…
Гока кивал, слушая Богоборца, и ругал себя за тупость. Неужели нельзя было догадаться, что простой Одноживущий
— Извини, — пробормотал Гока.
— Что? — удивился Глеб.
— Извини, что не оказал тебе… вам, господин… должного уважения. Я не знал…
— Ерунда, — отмахнулся Глеб. — Ты дал мне возможность прийти в себя, а это единственное, что мне требовалось… А кроме того… Возможно, ты спас мне жизнь. Тем, что увел меня в свой дом… Спасибо тебе, гончар.
— Храни себя, Богоборец…
Гока смотрел, как уходит могучий герой, так похожий на обычного человека. Вот он свернул в переулок и пропал — словно растворился в густой тени, ушел
Чего он добивается? Что гонит его по Миру?
Легенды говорят — месть…
Гока Гончар еще раз огляделся. Сам не зная, зачем, подобрал валяющуюся дубинку, налитую свинцом, а потом отправился к нищему Драмуру, чтобы послушать его истории.
