Джон задумчиво прикусывает нижнюю губу, уставившись в блокнот, и Шерлок не может отвести от него взгляд – так это выглядит… завораживающе.
- Расскажите, зачем вы здесь, - прерывает Джон затянувшуюся паузу и что-то пишет в блокноте, Шерлок начинает подозревать, что Джон сам полон разнообразных комплексов, раз никак не может посмотреть на него открыто. – Обычно, перед тем как начать работать с пациентом, я всегда спрашиваю, что бы он хотел получить от наших сеансов. Чего добиться.
- О, - Шерлок удобнее устраивается в кресле, - на мой счет не волнуйтесь. Я здесь не по собственной воле, - он намеренно лукавит, сам до конца не понимая, почему не хочет говорить правду. – Я вижу, вы поймете меня. У вас тоже есть проблемный старший брат, алкоголик, недавно расставшийся с подружкой, - Джон хмыкает, не поднимая глаз. – Мой, хоть и не алкоголик, но тоже весьма проблемный, любит покомандовать и слишком плотно опекать. Ужасно быть младшим, - Джон кивает, сдержанно улыбаясь. – Психотерапевт – не мое желание, а брата. У него есть средства давления на меня, и его приходится учитывать. Я здесь только из-за него.
Джон пытается придать лицу серьезность:
- Сара подала вас как крайне нуждающегося в помощи пациента. Вы обманули ее?
- Скорее, не сказал всей правды, - Шерлок пожимает плечами, не видя в этом крамолы. - Кроме того, у меня ведь действительно проблемы.
- Какого характера? – осторожно интересуется Джон.
- У меня агорафобия, доктор, - сообщает Шерлок. – С паническими атаками, - Джон что-то пишет в блокноте, Шерлок вежливо отводит взгляд, чтобы не выглядеть совсем уж бестактным, да и сидит Джон довольно далеко, чтобы можно было разглядеть записи.
- Давно это у вас? Связано с каким-то событием? Хотите об этом поговорить?
Шерлок мотает головой:
- Нет уж, увольте. Болезнь прогрессирует. Раньше приступ паники проявлялся только на открытой местности, сегодня же я почти пережил его вновь, переходя дорогу. Таблеток не принимаю, в психотерапевтов не верю.
- Причина, я так понимаю…
- Падение с крыши, ничего особенного, - Шерлок морщится. – Правда, Джон, давайте о чем-нибудь другом. Понимаю, мы не можем молчать весь сеанс, так что буду рад поговорить на абстрактные темы.
- О книгах? Фильмах? Женщинах? – предлагает на выбор Джон.
- Не смотрю и не читаю художественной литературы, - в голосе Шерлока слышится презрение. – А женщины – не моя сфера.
- Тогда, может быть, о снах, - ручка замирает в воздухе. – Вы упомянули о моей рыбке.
- Да, - смеется Шерлок, - забавный был сон.
Почему бы и не рассказать? Собственно, большая часть психоанализа основана на снах, и хоть Джон всего лишь психотерапевт, Шерлоку кажется интересным опыт обсуждения своего сна. Он рассказывает о сновидении подробно (умалчивая о декорациях, в которых оно разворачивалось), передавая собственные чувства и мысли в тот момент. Сон яркий и запоминающийся, до сих пор свеж в памяти, хотя обычно сны не задерживаются в голове. Джон слушает внимательно, опять что-то пишет в своем блокноте, но Шерлок уже не обращает внимания на эту его особенность. Она – словно приложение Джона, такая своеобразная фишка, как пальто самого Шерлока в те времена, когда он еще был консультирующим детективом на выезде.
- Интересный сон, - произносит Джон, словно считывает слова с блокнота, - а что за желание вы не могли произнести? Помните? Можете не говорить, если боитесь, что не исполнится.
- Я не суеверен, - Шерлок возмущен подобным предположением. – Хотел попросить, чтоб все было по-прежнему.
- Как до падения? – уточняет Джон, и Шерлок снова кивает. – А вам не приходило в голову, что, возможно, волшебная рыбка из вашего сна, - «Игорь», уточняет Шерлок, - пусть Игорь, - соглашается Джон, - был прав относительно того, что это не то самое, что вам действительно нужно.
- Вы шутите? – смеется Шерлок. – Хотите сказать, что мне не нужно быть нормальным?
- А вы разве были нормальным? – ручка опять замирает над блокнотом, и Шерлок некоторое время обдумывает вопрос.
- Вы правы, я и не был нормальным – высокоактивный социопат – достаточно страшный для вас диагноз? – Шерлок бросает быстрый взгляд на Джона, и тот медленно опускает ручку на лист бумаги, что-то старательно выводя.
- Это не диагноз, Шерлок, - мягко произносит он, впервые произнося имя Шерлока (приятно слышать его из уст Джона, потому что звучит оно необычно и волнующе), - это набор слов, - Шерлок задумчиво подносит пальцы к губам, складывая их привычным жестом.
- Может, вы и правы, - тихо произносит он, - может, вы и правы.
- Расскажите, чем вы занимались до падения, - просит Джон. – Кто вы по профессии?
- Единственный в мире консультирующий детектив, - с неудержимой горечью отвечает Шерлок. – Неужели не читали дела Мориарти? О лже-детективе, подстроившем несколько громких дел, чтобы сделать себе имя? Год назад об этом во всех газетах писали.
- Нет, - с едва завуалированным напряжением отвечает Джон, - не читал. Я некоторым образом устранился от новостей и политики в последнее время.
