— Иста, что случилось? — тихо спросил старик.
— Отец и мама странно себя вели, — едва слышно прошептала девушка, глядя в пол, — Дед нас увел… А потом тот человек набросился… А дедушка нас хотел спасти! И его…
Девушка всхлипнула, уткнулась лицом в мягкое плечико малыша. Для остальных мальчишек, которые успели чуть успокоиться, это послужило сигналом, они взвыли с новой силой.
— Ну, все, хватит, — негромкий голос мага, перекрыл прочий шум, и Лета поняла, что Ханар едва сдерживался, готовый в любой момент сорваться на какое-нибудь спонтанное заклинание, выпуская накопившуюся злость. — Крим, воды!
Наемник особо не понимал, что маг задумал, но без вопросов зачерпнул кружкой жидкости из ведра, протянул Ханару, который быстро плеснул в нее из склянки зелье. По кухне распространился запах валерианы.
— Уважаемый Мирхей, идите с детьми в комнату… — все так же ровно проговорил чародей, впихнув старику кружку в руки, твердо подтолкнул его в нужном направлении. — Сой, сидеть!!!… - заметив, что тот подскочил идти со всеми, и снова деду, — Успокойте девушку и попытайтесь выведать, что случилось.
Хозяин дома пару раз кивнул, и быстро увел всхлипывающую компанию, задернув за собой занавеску.
— Теперь ты, — Ханар обернулся к наемнику, — Четко и по существу, что узнал!
— Главное, что удалось выяснить — какое-то грандиозное событие намечается на рассвете. На разработку плана, без которого я бы в это осиное гнездо даже не сунулся, осталось пару часов. Но, прежде чем я поведаю балладу о моих приключениях, взгляните, господин Наритан, вот на что, — ассасин отцепил от ремня кожаный мешочек, протянул магу.
Тот, недоумевая, распутал вязки, растяну горловину, заглянул, а после вытряхнул прямо на пол содержимое, присел рядом, вгляделся. На стол «подарок» наемника опускать не хотелось.
Лета, с любопытством сунулась рассмотреть поближе и тут же с отвращением отшатнулась. На струганных половицах лежала отрубленная кисть, когда-то явно принадлежащая человеку. Всю кожу покрывали серебристые разводы, словно она была опутана сетью тонких нитей, а у пальцев отсутствовали последние фаланги, заменённые длинными серебристыми когтями. Крови почти не было, лишь несколько капель полупрозрачной бурой жижи скатились на пол.
— Это было у бугая, вместо правой руки, — проговорил Крим. — Ей-то он старосту и исполосовал.
— Я был прав — без вмешательства Хаоса, и здесь не обошлось, — проговорил Ханар, прошептал заклятье мгновенного холода, замораживая конечность. — Сохраню для Совета.
После чего убрал обратно в мешочек, протянутый ассасином, и плотно затянул горловину.
— Дальше, — поторопил он Крима с рассказом, — Что твориться у Места веры.
Наемник сел, прямо на пол, скрестив ноги, остальные опустились следом.
— А Вы в курсе, господин Наритан, что всучили мне оборудование с дефектом? — проговорил наемник, протягивая чародею потяжелевший шар. — Так что будем смотреть без звука.
— Ну да, — маг кивнул, — предупредить забыл.
Ханар активировал магическое устройство. Шар повис в воздухе, на уровне лиц, засветился, расширился, став размером с голову мага.
Сначала изображение скакало, смазывалось разноцветными полосами, которые оборачивались вдруг тонкими стеблями или темным кружевом листвы. Становилось понятно, что наемник постоянно двигался, и, стараясь быть незаметным, хоронился в траве, кустах, а пару раз даже перепрыгнул с дерева на дерево.
А потом пространство вдруг раздалось в сторону, открылся вид на круг берез. Костры, которые цепью огибали Место веры по внешнему краю, начали приближаться.
— Это я нацепил маску «своего парня» и вышел к людям, — прокомментировал Крим, — Мне так показалось проще разузнать, что происходит.
Вот ассасин приблизился настолько, что стало можно различить лица людей, которых и вправду было много.
— Видите, какие все веселые, — вновь подал голос наемник, — а с чего не понятно. Что любопытно, вокруг границы призраки толкутся, голем опять же, вон глядите, на фоне стучится, как и накануне. А этим хоть бы что, развели несколько костров, радуются чему-то. Ладно бы не трезвы были, но ни алкоголя, ни травы курительной я не заметил, даже еды нет.
Лица людей внутри шара и вправду буквально светились улыбками. Они что-то кричали, размахивая руками, а несколько раз даже с объятьями лезли, из-за бурящих эмоций. Эти беззвучные выкрики, широкие улыбки скорей пугали, чем несли радость. Лете все больше казалось, что они всей деревней обкололись какой-то дури.
— А дети где? — спросил Ханар.
— Заметили? Они почему-то отсутствовали на этом празднике жизни. Да и нашел я их не сразу.
Переходя от костра к костру, пожимая руки и отвечая на объятья, Крим прошелся до правого края полукруга. Его перемещения были практически не заметны, вместе с ним туда-сюда бродили и прочие жители. Сидящих у костров было мало.
На другом краю полукруга костров на небольшой огороженной площадке, спали прямо на земле дети, прижавшись друг к другу.
