Сначала моему парню под страхом отлучения от рода запретили жениться на мне, безродной полукровке. Потом мой возлюбленный предал меня, с горя изменяя направо и налево. Любовь не прошла проверку на вшивость. А я? Да что я! Бог простит, а я — нет. Отомщу феерично, с помпой и спецэффектами. Ибо скрывающаяся под маской простолюдинки наследная герцогиня Лидия де Фиарби предательства не прощает. Обещаю, будет весело! Первая часть цикла.
Лидия
В тёмной кладовке с запасной мебелью недвусмысленно пыхтели двое. Под охи-вздохи и ритмичные влажные шлепки любовники не заметили, как с расстояния двух метров за ними наблюдаю я. Да не просто наблюдаю, а ещё и записываю звуки на артефакт.
Конечно, подробностей я не видела. Двое были в одежде. Но не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что они там не морковку на тёрке трут.
Нет, я не шпионка-вымогательница, просто это мой парень сейчас по-животному торопливо имеет какую-то грудастую девицу, которая прекрасно знает, что Ромери уже почти полгода встречается со мной.
Встречался.
— Что, держит тебя твоя безродная полукровка на сухом пайке? — между томными страстными стонами девица не нашла ничего лучше, как вспомнить обо мне.
— Замолчи-и-и… — пыхтя, прорычал мой бывший теперь уже парень, и влажные хлопающие звуки участились, а вскоре резко оборвались под громкий синхронный стон обоих.
Ну, вот и всё.
Полчаса назад Ромери слёзно клялся мне в любви и предлагал скрепить наш союз постелью. И я бы даже согласилась, если бы не гадкая ситуация с его родственниками. Вернее сказать: ситуёвина.
Когда Ромери заявил родным о желании жениться на девушке без завидного «де» или эльфийского «аль» в фамилии и без богатого приданого, те устроили скандал и пригрозили ему отлучением от рода.
Мой тогда ещё парень, вместо того чтобы отказаться от поддержки захудалого и откровенно поганенького рода де Кальди(1), честно рассказал мне, что отныне я могу претендовать исключительно на роль горячо любимой и желанной… любовницы!
____________________
____________________
Не знаю, на что Ромери рассчитывал. Пытался меня зацеловать и раздеть, ласками превратить моё «нет» в «да», но получил коленом в пах. Не сильно, но достаточно, чтобы я проворно вытолкнула неудовлетворённого негодяя вон из нашей с Катариной комнаты.
А после, чтобы окончательно принять решение о расставании, я накинула плащ-невидимку и проследила за Ромери.
Как оказалось, не зря.
В коридоре Ромери встретил знакомую, и они как-то слишком быстро договорились уединиться в кладовке на первом этаже.
Ага, значит, не в первый раз.
Пока шла за ними, даже пустила слезу, но быстро вытерла её и улыбнулась. Мстительно так, предвкушающе.
Отомщу.
А ещё… Сюрприз-сюрприз! Я, Лия Ферб, на самом деле наследная герцогиня Лидия де Фиарби. Так что Ромери, не добравшийся со мной до постели и выбравший поддержку своего обнищавшего рода, прошляпил по всем статьям.
А как он плакал, закидывая меня любовными клятвами… Весь такой мужественно-печальный, обречённый.
Тьфу, вспоминать тошно.
Полгода назад, когда только поступила на первый курс академии, я была очарована им, а он — мной. В первый же вечер знакомства мы уже вовсю целовались в тёмной нише коридора.
Ромери казался мне идеальным: красивый, чуткий, способный поддержать разговор на любую тему.
Но чем дальше, тем настойчивее он уговаривал меня попробовать
Нет, я девушка смелая и даже в чём-то сумасбродная. Мне уже семнадцать, так что я практически взрослая и готовая к экспериментам. Только в отношении Ромери моя интуиция выла сиреной, предупреждая об опасности.
Сегодня я убедилась: интуиция права.
Любовнички зашуршали в темноте одеждой. Ромери, не удосужившись поблагодарить девицу за помощь в столь щекотливом деле, выскочил за дверь первым, а затем, призывно покачивая бёдрами, удалилась и грудастая девица.
Похоже, это у них многократно отточенный ритуал!
Я вернулась в комнату и в задумчивости не сразу заметила, как появилась моя соседка Катарина. Она как обычно допоздна пропадала в своей артефактной лаборатории с нескучными штучками-дрючками.
Нас поселили в одной комнате не просто так. Кэт единственная, кроме ректора, преподавателей и герцогини Брауцвигской, знала, кто я.
Мы с Кэт вместе росли и в академию поступили тоже вместе. Она мечтала стать артефактором, а я — зельеваром и в качестве второй специализации — боевиком.
Катарина — дочь папиного заместителя Альбаргана аль Тикси, эльфийка-полукровка, унаследовавшая магию от отца, но по какой-то неизведанной причине не боевую, а предрасположенную к артефакторике.
Несмотря на скромный магический потенциал, Кэт училась фанатично. Что с учителями в замке, что в академии. Настоящая заучка. Но, как ни странно, мы нашли общий язык, хоть Кэт временами стонала, что со мной она превратилась в настоящую преступницу.
А я что? Я, как обычно, в своём репертуаре. Все знают: если где-то случился большой «бум», то без меня не обошлось.
