“У вас астигматизм. Вы не сможете видеть вдаль. Проверка зрения показала, что у вас минус пять с половиной. Может стать хуже. Также, благодаря вашему ушибу, я заметил, что сетчатка в левом глазу смещена на несколько миллиметров. Если быть точным, на 43. Это не косоглазие. По крайней мере, несильное. Для исправления я выписал курс лазера. К вам будет приезжать наш врач раз в сутки и проводить процедуру. Наберитесь терпения, это может занять много времени. Для начала проследим за вашей реакцией. Первоначальный курс – неделя. Если сдвиги будут, продолжим. А пока носим линзы “.
Эти слова будто отпечатались в моей голове.
- Не волнуйтесь вы так! Это ведь не миопия. Хотя она может развиться. Поэтому держите рецепт и вперёд лечиться! А эти капли будете закапываться перед процедурой, – врач протянул мне мою карту и рецепт.
Даже на улице я не смогла прийти в себя, и объятия не спасали.
Сразу же решили заехать в Shop view. Зайдя внутрь, мы очутились в царстве очков: множество полок и очки-очки-очки... разные оправы, стёкла... Всё так светилось, будто мы в ювелирном, в отделе бриллиантов.
Но мы здесь, и мой взгляд прикован к стеллажам с линзами.
- Здравствуйте, вам посоветовать что-нибудь? – спрашивает девушка-консультант, я машинально достаю из сумочки рецепт и протягиваю его. Девушка, на вид лет тридцати, уходит, и через минуту, блондинка, цокая каблуками, подходит к нам.
- У нас есть ваши линзы, и я предлагаю выбрать цвет. Или вам нужны бесцветные? – спрашивает она, и я отвечаю, что только цветные, причём меня интересуют все оттенки зелёного.
Девушка предлагает нам сесть на диван и ставит перед нами большое зеркало, смотря в которое, я вижу самое прекрасное лицо на свете – моего любимого Албертона. Моё же лицо озаряет улыбка.
Тем временем девушка приносит набор зелёных линз, среди которых я ищу максимально приближённые к естественному зелёному и вижу их: пятые в первом ряду. Надеваю, часто-часто моргаю. Наконец глаза привыкают, и я перестаю их чувствовать.
Подвигаюсь ближе к зеркалу и открываю веки.
Мои глаза чисто зелёные, правда, с некими примесями чёрных линий и чёрной окантовкой по краям зрачка. Мой любимый подвинулся ближе и посмотрел в мои новые глаза. У него захватило дух.
- Мне нравится, – подала голос я, снимая эти и примеряя линзы более спокойного, тёмно-зелёного цвета с крошечными серыми прожилками. Спокойный цвет – более естественные глаза.
Вышли из магазина мы с несколькими парами линз. Я их даже не считала, их очень много, ведь они меняются раз в два дня. Дэвин заплатил за всё.
Оттуда мы решили ехать домой, так как на улице уже темнело: мы долго просидели в кафе, уже половина седьмого вечера. Я хочу кушать, а в ресторан идти не хочу: я там уже была, да и хотелось бы домашней пищи.
- Тебе понравились мои новые глаза? – спросила я, посмотрев на Дэвина. Он был напряжён, вцепился в руль. В ответ парень лишь кивнул, и меня это задевает.
- Прости, просто никак не могу привыкнуть к такому резкому повороту. Нужно ещё как–то решить проблему с твоим лазером, ведь уже через пару недель мы уезжаем в Огайо. Это, конечно, может и не пригодиться, но вдруг сдвигов не будет и лазер продлят? – поделился своим беспокойством Дэвин, и я положила свою руку поверх его. Хорошо, что он практически никогда не снимает руку с коробки передач.
- Не волнуйся. Всё будет хорошо. Просто нужно подождать, – попыталась успокоить я парня, и мы продолжили движение. Он не любит светофоры, и иногда его распирает на откровения, когда мы долго ждём зелёного сигнала.
Скоро действительно многое изменится. Нам остаётся только научиться с этим жить. Но иногда очень трудно сказать правду...
Комментарий к Глава 31. Эмма. “Shop view” – магазин зрения.
====== Глава 32. Эмма. ======
Признание в содеянном
Иногда бывает такое состояние, когда совершенно не замечаешь, как летит время. За своими проблемами и их решением я совершенно не заметила, как пролетели две недели.
За это время чего только не было...
Мы сдали экзамены. У меня их было 4: Детская литература и Выразительное чтение, Педагогика, психология детей раннего возраста.
После посещения больницы мы вернулись домой. Он ещё долго был в состоянии отрешённости от мира. Но когда начали приходить гости – его семья – он оживился и пришёл в свой нормальный вид. Я не знаю, почему к нам так резко начали приходить все Албертоны, но я была только рада увидеть их. Но то, что случилось позже, ввело меня в шок.
Во время ужина Дэвин встал со стула и, попросив прощения, вышел, однако, спустя считанные секунды вернулся. Положив руки на спинку стула, он опустил голову. В комнате воцарилась гробовая тишина.
Я же в свою очередь хотела поинтересоваться, что случилось, но парень меня опередил. Он поднял голову и посмотрел в мои новые глаза.
По его серьёзному и очень тяжёлому взгляду я поняла, что лучше помолчать.
