Радостно улыбнувшись от такой охуенной идеи, я пожал Серёге руку в знак согласия.
Он сказал:
– Я вот недавно такой прикол придумал: сидишь такой в кальянной, вокруг дым, ты вводишь числа на картинке «Докажите, что вы не робот», не выходит, не выходит, и ты такой задумываешься – а вдруг я робот…
– Приколы это явно не твоё.
У меня зазвонил телефон, и, увидев номер, я сразу отошёл и взял трубку.
– Лёш, привет, извини за этот глупый пранк, – послышался голос Кэт, – слушай… сможешь приехать, тут Маше немножко поплохело, я как-то переживаю…
Вскоре подойдя к Серёге, я сказал:
– Братан…
Давай. Будь честен с собой.
– Там маме помочь надо, придётся мне уехать.
А ведь самое грустное, что даже не стыдно!
***
Я со всей злостью, какая только была, смотрел на Кэт, когда она открыла дверь.
И вот из-за этой дуры в чёрном платье у меня столько проблем…
Я и на колени вставал, и геем меня считали, и опозорился я на сцене перед всем универом(ладно, последнее отчасти и мой косяк).
И почему я вообще до сих просто не забил на неё, как Серёга и советовал?
– Привет, – немного нервно хихикнула Кэт, – прости, прости, пожалуйста, глупая была шутка, каюсь…
Кажется, она испугалась.
Я лишь хмуро ответил:
– Где Маша, показывай.
В общем и целом, с рыжеволосой наркоманкой ничего такого и не было – у неё просто было сейчас время наиболее сильного эффекта, и она несла несусветную чушь вроде того, что её сейчас забирают инопланетяне, а Кэт была на измене из-за нервов.
Переживала за подругу, видимо.
– Прикинь, мы сегодня с ней поцеловались, – с интересом призналась мне Кэт, когда мы сидели на краю кровати рядом с уснувшей Машей.
Видимо, ждёт от меня какой-то реакции.
Реакция, конечно, была, но я смог её скрыть глубоко внутри. Больше так унижаться не хотелось.
– Ну я пойду тогда.
– Что, так уже? – Кэт, кажется, была удивлена моим поведением уже второй раз, – даже развеять мою скуку не хочешь? Бросишь даму одну в трудном положении?
Я посмотрел на одногруппницу и выдохнул.
С ней действительно было тяжело.
Мило улыбнувшись, Кэт положила руку мне на плечо и сказала:
– Я знала, Алексей, что вы настоящий джентльмен.
Мы с ней сидели на кухне за небольшим столом – Кэт облокотилась к стене, а я сидел спиной к плите, и мы просто разговаривали.
Представляете, даже не пили!
Я и не думал, что так можно с девушками… особенно с такими трудными как Кэт.
– И этот урод мне тогда пять двоек поставил за одну пару… да что там, за пять минут, – заканчивал я рассказывать свою историю, – а ты ещё спрашиваешь, чего я такой нервный был в день нашего знакомства.
Где-то на фоне играла песня «M83 – Midnight City».
– Пять двоек? – Хихикнула Кэт, даже не веря. – Я в шоке, как ты вообще экзамен сдал.
– Знаешь, после выходки со спектаклем я был уверен, что это просто невозможно. Да я в жизни столько не учил, сколько в тот месяц.
Кэт вдруг прорвало на дикий хохот, когда она вспомнила об этом.
Вслед за ней и я тоже не удержался и заржал.
– Ну Гитлер из тебя тогда вышел отличный.
– А ты ещё сомневаешься? Мне кажется, я неповторимая пародия, а он лишь жалкий оригинал.
И мы говорили, говорили, говорили.
Кэт была интересным собеседником... и историй у неё за жизнь накопилось, даже побольше, чем у меня, пожалуй...
(Хоть некоторые её истории про старые отношения до сих пор вызывали у меня необъяснимое колющее чувство где-то внутри)
Несмотря на всё пережитое, мне почему-то было очень спокойно в тот вечер.
Странно, не правда ли?
====== Глава десятая – Голодные тигры ======
– А потом мы с Кэт проснулись вместе, – заканчивал я свой рассказ.
– Так вы чё, переспали, наконец? Или у тебя снова не встал, и скоро об этом узнает весь универ?
– Да нет, мы… у нас вообще не было ничего. То есть мы просто разговаривали, а потом легли в одну кровать, потому что других не было, там Маша спала.
Я как сейчас помню, как Кэт позвала лечь с ней, ну я и лёг.
Столько энергии ушло на весь этот безумный день, что я почти сразу же задремал, ну и, как следствие, захрапел.
А потом проснулся с утра… ну как, утром для меня был полдень, а рядом лежала Кэт.
Она обнимала меня рукой, да ещё и её согнутая в колено нога лежала на моей.
(И она улыбалась во сне!)
Хотя, вдруг ей снился кто-то другой… так ещё хуже…
Френдзоны у неё я, наверное, просто не выдержу.
Проснувшись, Кэт сначала поморгала, пытаясь понять, что происходит, а потом, как ни в чём не бывало, заметила:
– А ты храпишь.
Я лишь едва дёрнул плечом.
Было крайне неудобно.
Усевшись на краю кровати, Кэт начала поправлять свои волосы, и бросила мне:
– Ну чё, давай собираться в универ, и… дружка своего угомони.
Она посмеялась, а я задумался, что у неё, наверное, в определённое время включается режим сучки, и она, как вампиры и оборотни, не может это контролировать.
Сейчас, когда я спустя неделю в столовке пересказывал Лео тот день, лицо у него было какое-то не шибко довольное.
– Чувак… а тебе не кажется, что ты стал её плюшевым мишкой?
– Плюшевым мишкой?
– Ну да, не заметил, что она подобрела к тебе, а дальше у вас всё не движется? Она теперь начала воспринимать тебя чисто как друга.
Ну бля.
