Мой план завоевать её, или хотя бы забить на неё полетел коту под хвост.
Нет, ну я, конечно, пытался, игнорил аж по несколько дней, но в итоге ломался и сам с ней заговаривал.
(Просто унизительное чувство – когда трахает её этот моральный урод Димас, а я лишь друг для общения)
Но самый сильный моральный удар по яйцам я получил, когда мы с Кэт сидели в столовой на большой перемене, и она сообщила новость:
– Дима собирается познакомить меня со своими родителями.
Вот тут уже я не выдержал и закричал.
«Добро пожаловать в кино, вино и домино»
– То есть как это с родителями?! – В очередной раз спросил я её, когда мы быстрым шагом двигались через вестибюль в сторону нашего кабинета.
– Ну вот так вот, – преспокойно пожала Кэт плечами, хотя на душе у неё самой был настоящий пиздец.
Сначала она долгое время говорила, что они с Димасом просто занимаются сексом, потому что он у них хорош.
Затем, когда он сильно напился и принялся её уламывать, она согласилась-таки стать его девушкой.
Они втроём(Плюс Маша), справляли новый год.
Два месяца назад Кэт и вовсе переехала к нему, и они стали жить вместе на постоянной основе.
А пару дней назад произошла та самая неловкость – Кэт находилась в пресмыкающемся положении, лёжа на кровати, Димас лежал сверху и драл её в жопу, иначе это просто никак не назовёшь, и будто бы так, между делом, решил сказать, что пора бы познакомиться с его предками.
– А-А-А… и ты решил именно сейчас мне это… А-А… сказать? – Как можно более иронично задала этот вопрос Кэт, с трудом удерживая себя в руках, чтобы не взорваться.
– Ну-у… я подумал, момент сейчас самый подходящий.
Сбив свою сосредоточенность из-за разговора, Димас вошёл ещё глубже, и Кэт завопила сильнее.
Она начала сжимать простыню ладонями, и предпочла пока заткнуться, иначе это оборачивается против неё же.
Они с Димасом прошли уже довольно долгий путь вместе, и в одном девушка была уверена точно – легко с ним не было, это какой-то юный националист-извращенец, любящий унижать всё вокруг себя, поэтому она даже представить не могла, какими же окажутся его родители.
Но очень надеялась, что это добрые и порядочные люди, которым просто очень не повезло с сыном.
Сейчас, когда проблем и без того хватало, Кэт в вестибюле столкнулась с каким-то неприятным, хоть и приличным на вид мужиком в дорогом костюме, который крикнул ей в спину:
– Что, глаза совсем из жопы растут?
Наверное, кто-нибудь другой просто подумал бы, что он хамло и грубиян, тратить время на коего – себе дороже, и прошёл бы мимо.
Но не Кэт…
– А можно как-то повежливее? – Огрызнулась брюнетка, вдруг остановившись, – или маразм не позволяет?
– Повежливее с тобой парень-дегенерат будет, когда в эту самую жопу и начнёт жарить. Ох и жалко мне этого дебила!
Вообще-то Кэт могла бы просто проигнорировать эту язву, но почему-то ей до жути захотелось поставить этого мужлана на место.
Так что брюнетка горделиво прыснула:
– Да будет вам известно, уважаемый, мой парень в разы лучше вас! Он умный, и вообще он филолог. Вы-то, небось, до сих пор образование получить не можете?
Я поморщился от мысли, что Кэт и впрямь считает Димаса умным.
Но мужчина не растерялся, и с хохотом ответил:
– Где ж он умный, если он филолог? Это быдлан уже какой-то, которому больше некуда было пойти!
Вместо ответа Кэт на этот раз предпочла молча показать ему средний палец, и с гордым видом зашагала прочь.
Мужик самодовольно усмехнулся.
(Ох, и кого-то он мне напоминает, но не могу понять, кого… вообще, такой же урод, как Владимир Владимирович)
Хам представлял собой высокого, здорового на вид мужчину с солидной бородой, поседевшими, но при этом зализанными волосами, достаточно мудрым взглядом и симпатичным лицом.
Обычно тёлки от таких-то уродов как раз и без ума.
Да и одет был недурственно, в дорогой коричневый костюмчик из итальянской кожи.
Одни только часы на руке чего стоили.
При всём при этом он… обычное дерьмо…
Ничего ему не сказав – да чего с таким говорить – я пошёл вслед за подругой.
После такого происшествия подходить к Кэт по своей воле – всё равно, что прижиматься к дереву во время сильной грозы.
Однако, моя жизнь и без того была в полной жопе, так что я решил рискнуть.
Во-первых, её оказалось не так уж и легко догнать, хоть брюнетка и была в платье, а значит, далеко точно не убежит.
Но она всё равно проявила всю свою сноровку, и с бойким видом, сжав руки в кулачки, быстрым шагом двигалась вперёд по коридору.
– Кэт, да подожди! – Кричал я, едва поспевая за ней.
Игнор.
– Кэт, ну хватит, мы не на олимпиаде, – огрызнулся я, схватив подругу за руку, и тем самым остановив.
– Ну ты бы точно выиграл только параолимпийскую, – подъебала она меня в ответ.
Я стиснул зубы вместе, сдерживая себя от бессмысленных прений.
Вместо этого попытался пойти в здравый смысл, и сказал с укором:
– Может, необязательно вот так вот наезжать на каждого встречного? Я понимаю, тебе легко, не ты будешь последствия разгребать.
Но мне вот что-то не хотелось бы разбираться с ним, или с кем-нибудь ещё.
