Иван Кузьмич в отличие от сотоварища чувствовал, что кожаное гохрановское кресло под ним пока не рухнуло, не превратилось в седалище йога в память об индийской мифологии, оставаясь пока ещё единственным самым ощущаемым предметом в невообразимом пространстве. Разве что только собственное физическое тело как-то изменилось. Даже поломанная когда-то маской рука снова начала болеть. Он попытался пошевелить кистью. Получилось. Не так, как всегда, но движения совершать было можно. Невдалеке послышался голос и довольно знакомый, хоть чужое пространство старалось скрыть, спрятать только ему одному доступный образ. Всё же голос экстрасенса был узнаваем. Значит, он где-то недалеко. Но разобрать о чём он говорил, всё-таки не удалось.
Милетин вовсе не испугался своих приключений и путешествий по поясам времени, потому как для него это новостью давно уже не было. Другое дело Иван Кузьмич. Тот не знал о существовании параллельных миров и, надо полагать, чувствовал себя не в своей тарелке. Он раньше не сталкивался ни с чем, кроме алюминиевого материализма и не мог представить себя в новой роли. Что поделаешь, всему своё время.
Но историю человечества в любом случае надо отгадывать и угадывать по этим удивительным путешествиям, развёрнутым в пространстве чистыми не замаранными летописательскими страницами: вот тебе история этой планеты, вот что на ней случилось, и будет случаться, вот кому здесь поклонялись, и будут всегда поклоняться. Теперь дело за тобой. Поклонись и ты, ибо получишь власть, сможешь управлять энергией власти, энергией денег, энергией жизни. Это настоящая религия человечества. Единая и единственная. Делай же историю религии. Никто ещё до тебя не нашёл закона соединяющего духовный и физический миры. Да, мост меж ними есть. Да, он более чем реален. Но откуда этот мост? Как по нему ходить? — не знает никто. Так что поклоняйся Мамоне и не дёргайся на ниточках, как паяц в кукольном театре.
Собственно, для знакомства с этими знаниями человека швыряет по временным струям. Весь вопрос — кому в результате поклонишься. Этот краеугольный камень всех времён и народностей, похоже, всегда будет пользоваться вниманием, грызнёй, драками. Неужели реальный мир не способен ни на что, кроме войн, драк, зуботычин, подлости и поклонения деньгам? В голове от мятежных сакраментальных мыслей заструилась противная боль. Ефрем непроизвольно поднял руки, чтобы потереть виски и в следующую секунду отшатнулся. Хотел вскочить, да ноги пока ещё не слушались. Что за бесятина шуткует?! Прямо из пространства на него, словно танк, надвигалась знакомая маска.
Путешествия во времени не очень-то удивляли, потому как даже не верящие ни во что учёные двадцать первого века признали спираль времени физически существующей и, значит, пригодной к употреблению. Мало кто знал о таких путешествиях, кроме фантастов и мистиков, посвящённых в тайные мистерии. Но ведь небезызвестного Жюля Верна тоже когда-то забрасывали камнями за мегалитические проникновения в прошлое и будущее, за все мистические предсказания. Во времена XIX века пацаны тыкали в члена Географического общества пальцем и дразнились. А роман «Янки при дворе короля Артура» Марка Твена вообще превратился в международную сенсацию. Известен тот факт, что археологи Монреаля, откапывая мушкетёров восемнадцатого века, участвовавших в семилетней войне, нашли рядом с одним из заваленных при пушечном обстреле скелетов части настоящего мобильного телефона. Откуда мог появиться мобильник в Средние века? Сам Марк Твен никогда особо не распространялся о посещавших его видениях, вернее, старался не распространяться, но от фактов убежать трудно. Не так уж много времени прошло после его мистических пророчеств, чтобы напрочь забыть об этом.
Просто у каждого человека мозг устроен по-разному: некоторым дано перелистать будущее, прошлое и настоящее в один присест, другим же, чтобы не прослыть откровенными профанами приходится поднимать предсказателей на смех, отвоёвывая на несколько секунд своё правовое место под солнцем. Ведь говорят же, что один-таки дурак всем твердит: Не так! Не так! Не так! Никто не спросит у него: Что делать? Как? Никто не скажет, что слабак. А все твердят, мол, умница дурак, ведь сказал же всем — НЕ ТАК!
Только стоит ли внимание обращать на любящих посмеяться над проповедниками? Что стоят всякие заумные рассуждения? Гроша ломанного не стоят. Кстати, откуда здесь грош? И не простой, а блестит на солнце, как настоящая золотая монета.
