– И она, – продолжила Ревека, – любезно подарила мне вот эту книгу. В ней хорошо поясняется о супружеских ночах.
Я задумалась, а после вспомнила слова старшего брата.
– Это то, почему ночью читать нельзя? – Ревека глянула на меня с непониманием, задумалась, а после, видимо, до нее дошло, и она кивнула.
– Так, и что там делают? – наконец задала свой вопрос.
Девушка вытаращилась на меня, закатила глаза и подошла ближе. Стала шептать мне на ухо, поясняя, чем это таким я ночами должна буду заниматься со своим супругом по словам мамы. Я сначала опешила, потом слегка покраснела, а потом посмотрела на подругу, как на больную.
– Ревека, что за глупости? – с полной серьезностью спросила такую юную, но просвещенную девушку.
– Ну, Розка, ты все-таки даешь! Лучше бы не писульки исторические изучала, а то как с мужем… Ну, ты поняла.
– И ничего я не поняла, – нахмурилась. – Что значит… голым?..
– Тише, – тут же зажала мне рот подруга, – ты чего, услышит еще кто-нибудь. Ты вот хоть целоваться умеешь?
– Нет, – отрицательно машу головой. – А что, нужно?
Подруга грустно вздыхает:
– Ты безнадежна. Ну, ладно, скажи, кто из мальчишек тебе симпатичен?
Я задумалась. Да как-то не думала об этом.
– Ну, внешне, – уточняет Ревека
– Ну, Арни ничего такой.
Глаза Ревеки заблестели. А чуть позже…
Я с ужасом смотрю, как губы Арни склоняются к моим, и понимаю, что с такой же скоростью, как он приближается, я отхожу. Меня передернуло от отвращения.
– Ты что? – удивленно выдаю.
– Розочка, – подмигивает он и вновь сует свои губы дудочкой.
Ну, я как залепила! Пощечину, смачную такую.
– Ты что?! – теперь уже Арни мне, потирая щеку.
Тут же влетает Артур и, видя своего знакомого, меня и пощечину, сразу хватает за руку, тянет себе за спину.
– Совсем с ума сошел! – угрожает Артур. – Она же девочка совсем! Безмозглый! Роза, выйди.
Меня нагло выпихнули за дверь. Ну я, собственно, так и не поняла, что случилось. Нет, я поняла, что Арни целоваться лез, только не понимала зачем. Он же мне не нравится, так чтобы сильно, да и я ему – нет.
Разобралась я только через пару лет. И все это вспомнила, когда увидела цветы у себя в комнате и записку с признаниями от тайного поклонника.
Тут мне уже почти восемнадцать.
– Ух, ты! – выдыхает радостная Марта. – Даже Анне таких не дарили…
– Много ты знаешь, – пожимаю плечами. – Анне и не такие дарили.
– Правда? Слушай, Роз, – заинтересовано шепчет Марта, – а ты уже была с мужчиной?
Я поперхнулась и от шока открыла рот.
– Марта! – возмутилась. – Ты, вообще, откуда такие вещи знаешь?
– Да, Роз, уже давно знаю, еще подружки рассказывали. И Ревека…
– Ревека?! – зло схватила я небольшое полотенце. – Я тебе что говорила?!
– Ну, Роз, – попятилась младшая сестра, – ты чего?
– Ты посмотри на себя, Марта. Что я тебе говорила?! Чтобы ты никогда подобные темы с подругами не обсуждала, да еще и с Ревекой! – я размахнулась и все-таки попала сестре по мягкому месту.
– Ой! – потерла она ушиб. – Послушай, сестрица, я уже далеко немаленькая! Ну, подумаешь, показала мне книжку Ревека, и что?
Я застыла, как статуя в нашем саду, даже дар речи потеряла. А после откинула полотенце.
– Глупая ты, Марта! Кстати, а где книга?
Марта покраснела.
– Я ее Варьке почитать дала, – пожала она плечами.
– Что ты сделала? Почитать?! Марта, ты что?! – вот теперь я точно из реальности выпала.
Какой позор, если ее родители найдут, и Варька скажет, где книгу взяла. Да и сама малолетка глупая, там такие рисунки, что ужас…
– Роз, – похлопала виновато Марта ресничками.
– Марта, ты веришь в большую, красивую любовь. Но вот в это всё рано еще полезла, – отчитывала я сестру. – Отец узнает…
– Не узнает, – тут же подняла она ладони. – Ну подумаешь, картинки посмотрела. Я же ни-ни, просто интересно стало, о чем девчонки шушукаются. Знаешь, как обидно. Все обсуждают за моей спиной. Говорят, я ничего не понимаю, и даже не целованная, – Марта обижено сложила руки на груди.
– Да в шею гони таких подруг! Себя погубят и тебя за собой потянут. Ты молода, найдешь еще свою любовь, нацелуешься так, что тошно станет, – я устало выдохнула.
– Нет, Роз, думаешь, я совсем глупая?! – Марта фыркнула. – Я, может, вообще, замуж не хочу.
– Ага, – киваю наигранно, – не хочет она.
Следующим был момент, когда я буквально залетела к Ревеке в комнату. Та как раз была дома, и я даже не удосужилась снять с себя весенний плащ.
– О, Роза… – удивляется бывшая подруга, а после видит мой злой взгляд.
Я кидаю на стол книгу.
– Хочу заметить, Ревека, что ты в своем репертуаре! Мало того, что свою репутацию испортила, так еще и других спешишь посвятить во все прелести отношений! И кого? Девочек!
Ревека тут же подскакивает и принимает грозную позу.
– Это у кого репутация испорчена?! – тут же вспыхивает она. – Между прочим, это ты у нас чопорная леди! Ходишь такая вся правильная, святая. Да по тебе монастырь плачет!
Я придвинулась к ней ближе, прищурила глаза и процедила сквозь зубы:
